Я заметила, как лицо Адриана дрогнуло, словно от боли, и в его глазах промелькнуло что-то, похожее на... сожаление?..
– Милая... Я сожалею... – попытался сказать он, но я перебила его, не желая ничего слушать.
– Хватит, Адриан!.. Я достаточно наслушалась твоей лжи, – мой голос подавленно дрогнул, и я почувствовала, как к глазам подступают слёзы. – Ты изменил мне. Предал наши клятвы и осквернил саму суть нашего брака. Я не прощу тебе этого никогда. Пожалуйста, уходи и больше никогда не приходи сюда!..
– Мелли... – в отчаянии начал было он, но я не стала слушать и закрыла дверь прямо перед ним, не слушая его мольбы и извинения. Оставшись в квартире одна, я почувствовала, как ноги предают меня, и медленно сползла по двери на пол, уткнувшись лицом в колени и тихо плача, слушая тихий голос мужа за дверью, разделённая с ним навсегда этой невидимой стеной...
У меня не было сил ни подняться, ни вернуться обратно в комнату, несмотря на то, что на твёрдом полу было неудобно сидеть, а в коридоре было холодно... Я даже не заметила, как голос Адриана за дверью стих, и понадеялась, что он ушёл... Ибо я понимаю, что не могу быть спокойной, когда он рядом. Его запах, его голос, когда-то такой родной и любимый, а теперь кажущийся чужим и холодным... Даже не верится, что одно лишь его присутствие до сих пор оказывает такое влияние на меня, несмотря на то, что он причинил мне такую боль и я больше не хочу видеть его рядом с собой...
Я плотнее обхватила колени руками, всхлипывая и размазывая слёзы по лицу. Было ощущение, будто внутри меря открылась свежая, кровоточащая рана, которая, казалось, только-только начала чуточку заживать за эти дни, а теперь открылась снова и болела ещё сильнее, чем в прошлый раз...
Зачем он делает это со мной?.. Зачем, зная, что причинил мне такую боль, продолжает мне сыпать соль на рану, являясь сюда и делая вид, будто один букет может помочь забыть его предательство?..
Я боялась даже думать о том, что будет, если Адриан узнает, что я беременна от него. Я боялась, что он тогда меня вообще никогда не отпустит, или наоборот – выбросит как ненужную обузу, ведь я с ребёнком могла бы стать помехой его 'похождениям'. Лучше пока пусть остаётся всё так, как есть... Я дождусь срока, рожу ребёночка и тогда уже подам на развод. А сейчас мне нужно беречься и следить за собой, чтобы ничто не могло навредить малышу.
Кажется, я просидела в коридоре целую вечность, пока слёзы не иссякли и пока силы полностью не покинули меня, и я уснула прямо там, у порога, свернувшись в дрожащий, зарёванный клубочек на коврике...
Проснулась я уже утром от телефонного звонка. Всё тело ужасно болело от лежания на твёрдом деревянном полу, правая рука сильно затекла... на локте наверняка останется синяк. У меня всегда была очень нежная и чувствительная кожа...
Телефон в комнате продолжал настойчиво звонить, играла моя любимая мелодия, но сейчас я была совсем не рада её слышать.
С трудом поднявшись и тихо застонав от ломоты в теле, я на шатающихся ногах побрела в комнату. Я опасалась, что это звонит Адриан, хотя я и заблокировала его номер, ему не составило бы труда завести новый.
Но к моему облегчению, это звонила миссис Клейтон.
– Милая, доброе утро. Как ты себя чувствуешь? – заботливо поинтересовался знакомый голос, и у меня немного потеплело на сердце.
– Доброе утро. Всё хорошо... Я только проснулась, – тихо ответила я, и ведь почти не соврала.
– Прости пожалуйста, что не зашла как обещала; моей Бетти ночью стало совсем плохо и пришлось в срочном порядке отвезти её к ветеринару. Я пробуду там до полудня, а затем сразу заеду к тебе. Ты как, справишься сама?
– Справлюсь конечно, не переживайте. Я уже гораздо лучше себя чувствую. Вашей кошечке вы сейчас нужнее.
– Спасибо, Мелли! Если что понадобится – обязательно звони, – строго добавила миссис Клейтон, но я знала, что это лишь проявление заботы, и от этого становилось тепло на душе. Приятно осознавать, что есть кто-то, кто до сих пор заботится обо мне...
– Обязательно, миссис Клейтон. До свидания.
Я завершила звонок и в изнеможении упала на кровать. Хоть я и проспала всю ночь, было ощущение, что я вообще не сомкнула глаз... Ужасная слабость в теле, ломота во всех конечностях... как будто я всю ночь не спала, а работала рабским трудом.
«Будь ты проклят, Адриан... Это все из-за него!..» в сердцах подумала я, чувствуя, как от одного лишь воспоминания о нём на глаза вновь наворачиваются слёзы. Но я резко замотала головой и закрыла лицо руками. Нет, я больше не буду из-за него плакать... он этого не заслужил!..
Стараясь больше не думать о муже, я направилась на кухню. Заварив себе обычную фруктовую кашу с хлопьями, я быстро перекусила, в глубине души радуясь, что у меня до сих пор не было интоксикации, хотя срок уже явно был приличный, ибо мой животик хоть и не совсем заметно пока, но уже ощутимо выпирал. Но малыш словно чувствовал, что его матери сейчас и так плохо, и щадил меня...