Это отец виноват. Высокомерие у Мейборов в крови, вот и ей оно передалось.
Дав себе слово не совершать больше подобных ошибок, Мелли оперлась на руку герцога. Он чуть приподнял брови, явно удивленный ее покорностью, однако ничего не сказал и вышел с ней из комнаты.
Замок, скромно называемый охотничьим, был огромен. Выстроенный из сосны и кедра, он казался более теплым, чем дворец. Они прошли по высокому сводчатому коридору, расписанному охотничьими фресками, спустились по небольшой лестнице и снова оказались в длинном коридоре. Герцог открыл красивую резную дверь и ввел Мелли в свои покои.
Без дальнейших церемоний он занял место в конце большого соснового стола и знаком велел Мелли сесть на другом конце. Герцог не обманывал, говоря, что мясо стынет, — на блюде дымился огромный окорок какого-то зверя. Им прислуживал всего один слуга. Мелли для храбрости хлебнула вина. Это было ошибкой — оно оказалось крепче тех, к которым она привыкла. Герцог, заметив ее удивление, приказал слуге:
— Принеси даме воды.
Мелли, сама не зная почему, почувствовала раздражение.
— Не утруждайте вашего человека. Я буду пить вино неразбавленным. — Она знала, что снова допускает промах — и это сразу после того, как поклялась себе быть уступчивее, — но повелительные манеры герцога будили в ней беса.
— Будь по-твоему. — Герцог махнул рукой, и слуга вышел. — Ну, попробуй же свое мясо. — Это опять-таки был скорее приказ, чем приглашение.
Мелли отхватила порядочный кусок поджаристой мякоти. Мясо оказалось отменным: сочное, с кровью, прослоенное жиром. Давно уже Мелли не ела такого вкусного блюда.
— Нравится? — Герцог откинулся на спинку стула, разглядывая Мелли, как муху в стакане. В руке он держал полный кубок вина — слуга ни разу не подливал ему.
— Жестковато немного. Чье оно, вы сказали?
— Я не говорил. Это молодой тонконогий олень.
— А мне подумалось, что он был старый и грузный.
Герцог откинул голову и расхохотался, грохнув кубком по столу.
— Клянусь Борком, ну и злюка же ты! — Но это как будто ничуть не раздражало его, скорее доставляло удовольствие. — Скажи, в кого ты такая языкастая — в отца или в мать?
У Мелли шевельнулось легкое подозрение. Что это, невинный вопрос? Или герцог ловит ее? Надо ей было держать язык за зубами.
— В отца, я думаю.
— Это ведь лорд Лафф, не так ли?
— Да, — с растущей тревогой ответила Мелли.
— Странно — я как-то встречался с ним, и он не показался мне столь уж остроумным.
Быть может, он вовсе и не встречался с Лаффом, но лучше этого не оспаривать.
— Ну, матушка моя тоже не из скромниц. Возможно, это у меня от нее.
Поведение герцога внезапно изменилось.
— Ты лжешь, — холодно заявил он.
Мелли залилась краской помимо своей воли. Пришлось встать и спрятать пылающее лицо, обратив его к огню. Миг спустя на плечи ей легли руки герцога.
— Посмотри на меня, — приказал он. Его пальцы так впились в нее, что ей осталось только подчиниться.
Она обернулась к нему, увидев в его серых, как кремень, глазах свой виноватый облик. Он вскинул руку — ей показалось, что сейчас он ударит ее, но он только взял ее за подбородок. От него пахло, как от дичи, которую он убил. Он вдавил пальцы ей в щеку.
— Говори — кто твой отец? — Голос, тихий и грозный, не допускал лжи и уверток.
Мелли в панике, зная, что времени у нее нет, прикидывала, что бы такое соврать поубедительнее. Идти на попятный было поздно. Герцог, раздраженный ее колебаниями, еще глубже вонзил пальцы ей в щеку.
— Говори, — прошипел он. В дверь постучали. Герцог, не сводя глаз с Мелли, бросил: — Я ведь приказал не беспокоить меня.
— Ваша светлость, — произнес приглушенный голос, — важные новости. Гонец прибыл из Брена.
Герцог с ругательством отпихнул Мелли к очагу.
— Входите, — нетерпеливо распорядился он.
Мелли, с трудом устояв на ногах, все же вздохнула с облегчением. Она налетела на раскаленную решетку очага и сжала губы, чтобы не крикнуть. Она ненавидела этого человека!
Вошли двое. Одного Мелли помнила по путешествию в охотничий замок, другой все еще был в плаще и кожаных латах. Ни один даже не взглянул на нее.
— Ваша светлость, Кайлок вторгся в Халькус.
— Когда?
— Неделю назад, — сказал человек в плаще. — Нынче голуби доставили в Брен эту весть.
— Какова численность его войска?
— Два батальона — третий идет следом.
Герцог сжал кулаки.
— Это не пограничное войско. Он хочет захватить не только реку Нестор. Он уже сразился с хальками?
— Пока неизвестно, ваша светлость. Но за Кайлоком преимущество внезапности. Хальки полагали, что он выступит только поздней весной.
У герцога вырвался сухой смешок.
— Ну и дураки. — Расхаживая по комнате, он произнес — скорее для себя, чем для тех двоих: — Кайлок действует быстро — не прошло и месяца со смерти его отца. У него не было времени обучить армию, но у хальков мало солдат, и это сыграет ему на руку. Кто еще в Брене знает об этом? — спросил он гонца.
— Только голубятники, лорд Кравин и я, ваша светлость.
Герцог сказал другому: