Ну, Флетчер, давай же! Иди домой!
Было уже за полночь, когда она наконец сдалась. Свет в трейлере погас, но машина Флетчера не сдвинулась с места. По-видимому, он собирался остаться на ночь на стройке.
Расстроенная и уставшая, Энни закинула свои приспособления в бардачок и поехала домой на Норс Бич, где без сил свалилась в постель.
Тридцать первая глава
В ту ночь Энни снился сон о мужской и женской дружбе.
Они были в комнате вместе с Дарси и смеялись, читая книгу «Мужчины с Марса, женщины с Венеры».
— У нас дружба не такая, как у них, — сказала Дарси. — Мы обсуждаем реальные человеческие проблемы, а они — бейсбольные рейтинги.
И обе безудержно захохотали.
Энни проснулась в слезах. Ей необходимо было поговорить с Дарси. Ничего не прояснится, пока она не сделает этого.
Но чувство опустошения не оставляло ее и следующим утром. Дарси улизнула из дома до того, как Энни поднялась с постели. В офисе Энни узнала, что Дарси весь день будет в Оклэнде осматривать дом, за ремонт которого взялась в «Броди Ассошиэйтс».
Потом Энни пошла на строительную площадку, решив действовать иначе. Она хотела проникнуть в этот трейлер днем, пока Флетчер находится внутри собора. Это было рискованно, но, если ее застигнут врасплох, всегда можно оправдаться тем, что хотела поговорить с ним и, не найдя его в здании, решила посмотреть, нет ли его в трейлере.
Но через несколько часов ей стало казаться, что сегодня все будто сговорились делать все ей наперекор. Флетчер большую часть времени проводил либо в трейлере, либо поблизости от него. Он, по-видимому, решил заняться бумажной работой.
Вот черт! Все это начинало ее бесить. Она не знала, кому верить, на кого положиться.
Когда Энни к ужину приехала домой, машина Дарси стояла перед домом. Даже и не подумав зайти сначала к себе, она постучала в дверь Дарси.
Дарси вышла открыть ей, обернувшись, как тогой, полотенцем. Ее длинные темные волосы мокрыми прядями свисали ей на спину.
— Слава Богу, это ты. Я только что из душа. Проходи.
Энни последовала за ней в ванную комнату, где Дарси принялась расчесывать волосы.
— Дарси, я хочу задать тебе очень личный вопрос.
— Ладно. Валяй. — Она не проявила ни малейшего интереса.
Энни набрала воздух в легкие и выпалила:
— У тебя был роман с Сэмом?
Гребень Дарси увяз в клубке спутанных темных волос. Ее кожа из оливковой вдруг стала сливовой.
— С-с Сэмом?
— С Сэмом.
Взгляды двух подруг встретились в зеркале.
— Кто тебе сказал?
— Сэм.
— Вот сукин сын!
— Ты хочешь сказать, что это правда?
— Да, — уныло проговорила Дарси, — правда. Я еще удивляюсь, что этого не знают все в округе, несмотря на то, что я за ним так бесстыдно бегаю.
— Бегаешь? За Сэмом?!
— Он бросил меня. В первый раз за много лет меня бросили! Может быть, я не могу спокойно перенести именно то, что меня отвергли, но выкинуть этого парня из головы выше моих сил. — Слова лились из нее бурным потоком. — Я хочу сказать, что я совсем ошалела. Я думаю о нем днем и ночью. Это как болезнь. — Она помолчала. — Ты говоришь, он сам тебе об этом сказал? Вот дерьмо! А он не рассказывал тебе, как я его подкарауливаю возле его дома?
— Нет. Значит, это правда! — Она была почти готова к тому, что Дарси станет все отрицать.
Дарси испустила короткий смешок.
— Ты хочешь сказать, что он не развлекал тебя пикантными историями о том, как я следила за его домом по ночам и заглядывала к нему в окна, только чтобы мельком взглянуть на него?
Энни пыталась представить себе неотразимую Дарси, бегающую за каким бы то ни было парнем. Это казалось просто невероятным. Дарси всегда казалась ей чрезвычайно независимой и выдержанной, особенно когда дело касалось мужчин.
— И после всего мне приходится встречаться с ним на работе и мы просто сама любезность по отношению друг к другу.
— Боже мой, Дарси! — Энни качала головой, не зная, смеяться ей или сердиться. — Почему ты мне не рассказала обо всем этом. Мы ведь с тобой были такими хорошими подругами.
— Энни, клянусь Богом, я хотела тебе рассказать. Но Сэм твердо настаивал на том, чтобы сохранять наши отношения в секрете, пока между нами что-то было. А когда все было кончено, ну, я как-то постыдилась тебе признаться. Пойми, я натворила столько глупостей, что мне совсем не хотелось говорить об этом. Настолько все было отвратительно.
«Какие глупости?» Дарси рассмеялась:
— Теперь, когда все рассказала, я испытываю такое облегчение! Вот черт, нужно было сделать это еще пару недель назад.