Легкие касания губ чередуются с нажимом языка, пробираясь и изучая друг друга. Хьюго ласково вбирает и покусывает мои губы, как из меня тут же вырывается громкий стон. Он так неистово нежно сжимает верхнюю, затем нижнюю губу своими. То усиливает хватку, то ослабляет ее, унося разум куда-то далеко.
Вдруг слышу, что кофе стал закипать, приводя тем сам меня в чувства. Резко отстраняюсь от него, делая шаг назад.
— Мне нужно идти, – беру кардиган, сумку и, не оборачиваясь, устремляюсь в сторону выхода.
— Там моя спальня. Выход с другой стороны. – Ну, надо же! Боже мой, беги отсюда, дура!
— Джозефин! – оборачиваюсь. – Если снова понадобится моя... Моя медицинская помощь, то заходи в любое время дня и ночи. Особенно ночи, – подмигивает, обнажая ровный ряд белоснежных зубов.
— Спасибо за кофе.
— Пожалуйста. Но ты не пила его, – смотрю последний раз в изумрудный омут и убегаю прочь на свежий воздух.
Не успев открыть дверь, вижу машину Эммы, которую она припарковала у соседнего здания. Накидываю на себя теплый кардиган, ощущая прохладное дуновение ветра, и подбегаю к машине. Открываю дверь и вижу, что подруга уставилась на меня, удивленно изучая.
— Ты марафон что ли бежала? – Я люблю Эмму Стоун за то, что она обычно спрашивает по существу и по факту все интересующие вопросы. Она слишком тактична и вежлива. Профессия хирурга в Массачусетской клинике общего профиля дала о себе знать. Эмма – счастливая жена Алекса – доктора, работающего по ее же специализации. А их дочь Ханна – моя любимая крестница, погодка Джеймсу.
— Нет же, просто боялась тебя задержать. Кстати, почему ты в больничной одежде?
— Ну ты смешная! – выезжаем на дорогу. – По правде говоря, вы меня уже задерживаете. Сейчас должен был состояться внеплановый осмотр пациентов, но Алекс отпустил к вам, поэтому я не стала тратить время на переодевания. Муж у меня слишком понимающий, прекрасно знает нашу мисс Внезапность по фамилии Дастин, которая бы всенепременно, взяв тебя под ручку, прикатила за мной в больницу, — начинаю громко смеяться, постепенно отходя от случившегося. Так, мне нужно об этом подумать потом, не сейчас. – Знаешь, что было в прошлый раз, когда она заявилась ко мне в клинику? – выезжаем на главную дорогу, занимая нужную полосу.
Хочу отметить, что этот город будто был специально создан для пешего туризма, ведь Бостон можно обойти смело и пешком. Именно за это столицу Массачусетса аборигены называют пешеходным городом США. Однако машин от этого меньше не стало. Мы все же угодили в самый час в пик, столкнувшись с небольшой пробкой.
— Даже представить себе страшно, кто Хлою вообще туда пустил?
— Так, а я о чем! Но ты же прекрасно знаешь эту мадам. Учитывая, что на ресепшене сидит молодой человек, по совместительству – практикант, а не секретарша с четвертым размером груди или же увесистая тетя, Хлоя воспользовалась моментом. Дастин начала его соблазнять, – подруга закатывает глаза, а я так громко начинаю смеяться, что голос слегка становится хриплым. – Так вот, она ворвалась в палату, когда был осмотр кастрированного пациента. Ты понимаешь, он попал в серьезную аварию. Его, считай, собирали по кусочкам. Ничего не скажу, красавец, но, увы, с холостыми патронами. Нашу Хлою это ни капельки не остановило. Даже когда я ей об этом шепнула на ухо… Она при мне и других пациентах начала его невозмутимо соблазнять. Было слишком забавно за этим наблюдать.
— Прекрати, умоляю! У меня уже все свело внутри от смеха. Лучше расскажи, как Ханна? Я хочу пригласить ее к нам в гости. Джеймс так любит ее, так оберегает. Все уши уже прожужжал, когда же приедет тетя Эмма с малышкой.
— Да я и сама безумно соскучилась по синеглазке, но ты же понимаешь, работа есть работа. Я посмотрю по-нашему с Алексом графику и, думаю, в ближайшее время обязательно созвонимся, – киваю и вижу, что мы приближаемся к моей любимой кофейне, вывеска которой гласит «Thinking Cup».
Пока Эмма парковала свой минивэн, мне на телефон пришло сообщение:
«Проверь свою сумку, детка».
Глава 10
ДЖОЗЕФИН
В спешке снимаю с плеча сумку и открываю ее. Что за шутки? И где он взял мой номер телефона? Руки сильно затряслись. Лишь бы ничего не обронить. Так, вроде ничего лишнего: ни записки, ни книги, которую я благополучно оставила у Фолегара в квартире, ни мертвой крысы, ни бомбы... Хотя постойте… Вот же жук навозный!