— Заплатишь! Ты заплатишь… – не поняла сейчас… – Я хочу тебя… м-м-м… тебе кое-что показать. Подойди, пожалуйста, к книжной полке, которая расположена слева от тебя, и посмотри, что там лежит.
Послушно подхожу поближе к указанному брюнетом месту и вижу стопку, казалось бы, нетронутых книг, щедро украшенных цветными миниатюрами и орнаментами.
— О Боже! Это же… Эжен Сю! «Тайны народа»… – поворачиваюсь к этому типу, не веря своим глазам. – Не может быть… Откуда? – вновь переключаю все свое внимание на это литературное сокровище. Клад, не иначе. Издание иллюстрировано многочисленными гравюрами на стали. Просто невозможно в это поверить. В старых кожаных переплетах содержится аж четыре тома. Четыре! Невероятно! – У книг очень хорошее состояние. Это видно даже по предварительной оценке без проведения экспертизы. Довольно редкое издание... – добавила чуть ли не шепотом. Ко мне вдруг незаметно подошел хозяин этого великолепия и заговорил тихо, слишком тихо на ухо.
— Мари Жозеф Эжен Сю… Я люблю французскую литературу, а автор – один из основоположников массовой литературы социально-авантюрных романов. То, что нужно, да? Книги написаны в сороковых позапрошлого столетия. Все досталось мне, считай, по наследству, – поворачиваюсь к нему и продолжаю его мысль.
— Известно, что Сю проникся социалистическими теориями, которые волновали тогдашнюю Францию и тех, кто подготовил движение в середине девятнадцатого века. Сю именно тогда стал сторонником философских и экономических учений, таких значимых фигур в истории, как: Фурье, Ламеннэ, Кабэ, Сен-Симона и, конечно же, моего любимого французского публициста – Пьера Жозефа Прудона. Источник всех человеческих страданий автор видел в человеческом эгоизме… – ушла далеко в свои размышления.
— Эгоизм… Это не так уж и плохо, как считаешь? Разве жить в свое удовольствие – плохо? Сю, между прочим, выступает пламенным защитником интересов низшего класса, страстно обличая аристократию и духовенство как преступников и виновников в страданиях собственного народа, – откуда в его возрасте столь обширные познания в литературе?
— Это… мечта! – комментирую наличие этого издания, а он задумчиво качает головой, будто отрицая мои слова.
— Нет, Джозефин, – тянет мое имя так, словно пробует его на вкус. – Мечтать нужно по-крупному, а это, знаешь ли... – отошел от меня на несколько шагов, предоставив возможность снова дышать полной грудью. Надо же, я и не заметила, что все это время не могла сделать полноценный вдох. Да что же это такое? – Это моя личная коллекция, но ради тебя и твоей шикарной задницы я готов участвовать в аукционе, – закатываю глаза. – Как ты на это смотришь, партнер? – Нет! Мне нужно бежать отсюда! Он снова подошел ко мне слишком близко и стал меня… нюхать? Что же он творит… И вдруг парень нежно и ласково проводит рукой по моей щеке. Брюнет уже было хотел приблизиться вплотную, но я, воспользовавшись удобным случаем, пока совсем не растерялась, выдавила из себя:
— Можно воспользоваться твоим мобильным? Мой разрядился просто, – выпалила на одном дыхании, полыхая так, что стало трудно дышать и мыслить здраво. И пока он соображал, я успела-таки отойти от него на безопасное расстояние. – Мне нужно позвонить. Срочно.
— Да. Конечно, – сухо ответил Хьюго Фолегар или как там его… Маршалл с чем-то еще... – Телефон у тебя за спиной. Я судорожно схватила мобильный и набрала по памяти номер своей начальницы, кратко сообщив новость о найденном новом сдатчике, благодаря которому аукциону быть. Затем набрала Джеймсу.
— Еще один звонок, – обратилась к хозяину квартиры, на что брюнет одобрительно кивнул. Долгие гудки казались просто вечностью, пока я находилась так близко к зеленоглазому. Ну же… – Миссис Флетчер! – услышав на другом конце телефонной линии знакомый голос, готова была завизжать от радости. – Это мама Джеймса Кэмпбелла. – Хьюго посмотрел так, будто у меня неожиданно выросла вторая голова. Что же ты думал, мальчик? Мне почти двадцать шесть, естественно, у меня есть ребенок. – Могу я услышать своего сына? – с другой линии доносится звук какого-то движения и то, как эта женщина передает телефон моей синеглазой пакости.
— Милый, представляешь, твоя мама опоздала на поезд, но сейчас я уже лечу со всех ног к тебе домой, – Хьюго присел на стул, явно наслаждаясь моим враньем. А что? Не скажу же я сыну о тебе, юный мерзавец.
— Мамочка, ты сводишь меня с ума, – услышала на том конце провода голос сына и уже стало понятно, что Джеймс в данный момент закатывает свои очаровательные глаза. Собственно, делаю то же самое.