— Ладно, смотрю, немного подготовились. Но все равно нам не подходите.
— Но почему?! — Вскидываю взгляд на мужчину. Он медленно поднимается со своего кресла и идет ко мне.
Я немного отхожу назад и упираюсь в огромную вазу на полу.
— Я. Ненавижу. Когда. Мне. Хамят, — произносит Александр Дмитриевич, наклонившись ко мне очень близко. Его горячее дыхание опаляет кожу на моей шее, и по ней бегут мурашки. То ли от страха, то ли…
— Я бы не хамила вам, но вы меня чуть не сбили! — отвечаю ему незамедлительно.
Мы смотрим друг другу в глаза, и я чувствую, как клокочет во мне чувство несправедливости. Да, он хозяин этой фирмы, а я простая сирота, которая пришла сюда устраиваться, но он должен знать мою правду. Пусть это и будет стоить мне работы!
— Нечего было переходить дорогу на красный свет! — спокойно отвечает мужчина, а я заливаюсь краской от стыда.
Он смотрит мне в глаза, и это не дает думать связно. Потом он снова наклоняется, поправляя мои волосы и шепчет на ухо:
— Вы должны извиниться.
Господи, этот человек вообще умеет соблюдать личные границы? То же самое можно было сказать, не прикасаясь ко мне.
— Я?! — спрашиваю затаив дыхание.
— Вы, Анна, — тихо говорит он и еще ближе приближает свое лицо к моему.
Глава 4
Глава 4
— Но за что мне извиняться? — пищу я, понимая, что такому человеку, как Ковалевский, перечить нельзя. Но все же чувство собственного достоинства и какое-то отчаяние берут свое.
Упрямо задираю подбородок, отвечая мужчине таким же сердитым взглядом, каким смотрит он.
Александр Дмитриевич молча раздумывает и нервно постукивает ногой. Мне кажется, в его голове только две мысли: убить сразу или немного помучить. И чаша весов, похоже, все сильнее склоняется к первому варианту.
Тут мужчина отворачивается и без эмоций роняет:
— Можете быть свободны.
— Вы меня берете? — спрашиваю с последней надеждой.
— Конечно, нет! Мы с вами не сработаемся. Мне не подходят такие… — Мужчина смотрит на меня, явно намекая на мой характер.
— Какие? — выдыхаю я.
— Вы тратите мое время! — отрезает Александр Дмитриевич и смотрит на дверь, явно намекая, что мне пора уходить.
Я поправляю прическу и, опустив голову, покидаю кабинет. На глазах выступают слезы обиды, заплетаются ноги.
Вот же кретин! И что я теперь скажу Наталье Владимировне? Она так старается для меня, договорилась с сыном, а я ее подвела. И все из-за чего? Из-за этого дурацкого пешеходного перехода? Да нет, из-за этого хама!
«Стоп! А может, еще не все потеряно? Он ведь ждал, пока я попрошу прощения!» – задумываюсь я, а потом упрямо мотаю головой, вытряхивая подобные мысли. Нет! Я бы унизилась еще больше, он все равно бы меня не взял. Только лишний раз позабавлю его самолюбие.
Выхожу из приемной и быстрым шагом устремляюсь к лифту, стараясь избегать лишних любопытствующих взглядов.
В этот момент на меня бежит секретарша и чуть не сшибает с ног. Я остановилась у стены, чтобы посмотреть за происходящим.
— Денис! — кричит взволнованно она, залетая во все кабинеты. — Девочки, где Денис?
— Который? — доносится из очередного кабинета.
— Да Денис! Наш переводчик! Там делегация приехала раньше запланированного! Мне из охраны позвонили, они скоро поднимутся!
— Так позвони ему, чего бегать? — отвечает одна из девушек.
— Вы что, думаете, я… Ай! Он недоступен! Александр Дмитриевич всех убьёт! — запыхавшись, говорит она. — Девочки, кто сможет его подменить? – отчаянно спрашивает девушка, находясь в одном из кабинетов.
— Ну уж нет, — отвечает одна из сотрудниц. — Мой английский не настолько хорош, даже позориться не буду.
— Оля, может, ты? — всхлипывает секретарша.
— Это слишком большая ответственность, я не смогу, — разочаровывает другая.
Ненароком подслушав их разговор, решаюсь прийти на помощь. Не знаю, зачем мне это нужно. Вряд ли это станет поводом для того, чтобы меня взяли на работу. Скорее, просто стало жалко секретаршу.
— Я могу помочь! — громко говорю, заглядывая в помещение.