Папина новая жена перехватывает мой взгляд и безошибочно, с грацией настоящей королевы, которую, видимо, совершенно не волнует происходящее вокруг, движется к нам. У нее в руках небольшая коробочка, обернутая красивой красной лентой.
Когда Констанция останавливается возле нас, то выглядит так, словно пришла не в клуб, а попала на светский прием.
— Конни! — удивлённо восклицает Лева, заметив ее.
Между ними установлено неформальное общение. И меня каждый раз передергивает, когда он к ней обращается так, словно они ровесники.
Мачеха слегка обнимает именинника, целует его в щеку, а потом вручает ту самую коробочку, которую несла в руках.
— Конни, ну зачем, — широко улыбается Золотой. — Не стоило. Но я счастлив получить от тебя презент. Пойдём наверх, выпьем за мое здоровье?
— Я бы с удовольствием, Лева, — обезоруживающе улыбается в ответ Констанция, — Но не могу, я за рулем. И к тому же…— наклонившись, она что-то шепчет ему на ухо.
Вижу, как у друга ту же падает настроение, а мачеха, между тем, ласково гладит его по плечу и продолжает говорить то, что я не могу расслышать.
Меня съедает любопытство.
Начинаю сомневаться, действительно ли она приехала меня забрать. Может, она таким вот образом решила поиздеваться надо мной и сейчас наслаждается шатким положением падчерицы, рассказывая Леве о желании его лучшей подруги сбежать с вечеринки в честь его дня рождения?
— Да, конечно. Я все понимаю. Поезжайте. — произносит Лева.
Укол совести незамедлительно сообщает, что зря я подозреваю мачеху во всех мирских грехах. Мысленно прошу у нее прощения за дурные мысли.
Лева, между тем, наклоняется ко мне и, слава небесам, целует в щеку.
— Пока, моя серебряная Севушка. — говорит в самое ухо. — Лучшим подарком, который я получил за сегодня, был твой сладкий поцелуй.
Его слова заставляют щеки вмиг покраснеть, но я решаю никак не комментировать. Быстро чмокаю друга в щеку, еще раз поздравляю, желаю отличного продолжения вечеринки и иду за Констанцией, которая кивком головы велит следовать за ней.
Когда мы выходим на улицу, облегченный выдох слетает с моих губ. К счастью, он получается бесшумным и не привлекает лишнее внимание мачехи.
Садимся в машину. Констанция приехала без водителя. Я давно заметила, что она любит выезжать куда-то одна, без сопровождения. И чаще всего, как и в этот вечер, она отдает предпочтение своему двухдверному мерседесу цвета горького шоколада.
— У тебя все нормально? — интересуется мачеха.
Киваю и отвечаю самое приемлемое, простое и короткое:
— Да.
Она не тот человек, которому я могу рассказать о том, как меня гложет Левин поцелуй или о том, как я встретила таинственную журналистку, которой известен некий мамин секрет. Или же о странной реакции Левы на Илью.
— А что ты сказала Леве? — спрашиваю у мачехи.
— Сказала, что твой папа будет очень переживать, если ты поздно вернёшься, вот он и послал меня тебя забрать.
— Так тебя послал за мной отец? Я так и подумала! Но это показалось мне странным, ведь он мог бы отправить Николая и…
— Твой отец меня не посылал, — спокойно прерывает мою уверенность Конни, — Я просто оказалась рядом и подумала, что стоит тебе написать.
Её слова изумляют. Не сразу нахожусь, что сказать. Лишь молча перевариваю информацию, смотря на мелькавшие в окне один за другим фонари.
Спустя пару минут выдаю предположение:
— А вдруг Лева спросит об этом папу? Или у них возникнет диалог и тогда…
— Не возникнет. Золотой не станет поднимать эту тему с твоим отцом. Можешь быть спокойна.
Мне снова требуется время перед тем, как продолжить разговор.
— Тогда почему ты мне написала? Я не понимаю…
— Потому что, — она задумчиво смотрит на дорогу, — Мне показалось, что тебе может быть там…скучно.
Скорее, мне было неуютно… но все же я зачем-то подтверждаю ее догадку и тихо отвечаю:
— Ты угадала.
— Я рада, что смогла быть тебе полезной. — ухмыляется мачеха.
И мне неожиданно становится неловко. Ведь я даже не поблагодарила её за то, что она за мной заехала.
— Спасибо. — почти шепчу, но ощущается так, словно слово разламывает тишину салона.
— Не за что. — отвечает мачеха.
Рядом со свистом проезжает машина. Из ее окон громыхает музыка. Дальше мы едем какое-то время молча. Прислонившись лбом к стеклу, наблюдаю за деревьями.
Автомобиль въезжает в длинный тоннель.
— У нас с тобой не самые теплые отношение. — неторопливо произносит мачеха. — И я прекрасно знаю, как и почему ты именно так настроена по отношению ко мне. Но все же хочу, чтобы ты знала, что ты… всегда можешь на меня положиться.