— То есть, ты была кун… — Накрыла рот, предупреждая его реплику про мою непорочность с этой стороны. Попалось бы что-нибудь тяжелее подушки, оно бы полетело в него в ту же секунду.
— Замолчи!
— Да ладно тебе. — Вновь притягивая меня за талию, и я с недовольным видом всё-таки взбираюсь на него и обратно пристраиваю голову ему над сердцем.
— Кто-то совсем недавно присягу на верность мне давал, а теперь что? — Пробурчала, всё ещё дуясь.
— Твоё слово закон, я не спорю. — Начал поглаживать меня по волосам, отчего хотелось, как кошка замурлыкать, но за неимением оного мне оставалось только счастливо жмуриться. — Мне просто нравится, как ты краснеешь и тут же злишься на свою реакцию и на меня, вместе взятые.
— Ненормальный.
— Но весь твой, заметь. — Что-то ёкает от его слов, заставляя быстрее биться сердце.
— Хорошо, пусть будет, по-твоему. — Всё ещё строя из себя королеву под стать своему поданному.
— А ты вся, моя, и если я захочу произносить глупости, то только тебе, — Поймал мой взгляд, аккуратно поддев мой подбородок. — Запомни это.
Не сосчитать, сколько мы смотрели друг на друга. И пока я думала, что мы сейчас переходим на новый уровень в наших отношениях, Власов, видимо, считал иначе, потому что вдруг ни с того ни с сего начал меня щекотать.
— Ах-ха, — Мне не хватало дыхания и сил, чтобы отбиться от этого уникума, сверкающего голой попкой. — Хорошо-хорошо, Вла-а-ад.
— Ну ты что? Мы только начали, — Продолжая надо мной издеваться. — И как мудрецы говорят — смех продлевает жизнь. Я всего лишь следую прописным истинам.
И такую невинную мордочку состроил, будто не он здесь меня не выпускает, щекотя до беспамятства.
— Да, ух… Влад, я буду жить долго и счастливо, — Вдруг вспоминаю одну маленькую важную вещь. — А ты вообще, с тебя песок ещё не сыпется?
— Это почему это? — Даже замер от удивления и мыслительного процесса, за ним последовавшим.
— Ты на сколько меня старше? — Прикинув в уме, тыкнула пальцем в небо. — На десять?
— С чего это? — И видимо, угадала, так как лучащийся озорством Влад вдруг нахмурился.
— И вообще, — Вдруг вспомнила, когда его первый раз увидела в ресторане. — Ты мало улыбаешься.
Искренне… Хотелось добавить мне.
— Неправда, с тобой постоянно и с Файкой тоже. — Теперь мы сидели друг напротив друга и хоть и были голыми, но это, видимо, никого не смущало.
— А на работе? — Спросила и потянулась за простынёй, чтобы укрыться, потому что, видимо, у кого-то не получается сосредоточиться на моих вопросах, пока перед глазами такая «прелесть».
— А на фига, — Дёрнул резко за простынь, и мы вместе с тканью оказались прижаты его накачанными руками. — Мне им лыбу давить?
— Ну да, а с Яром. — Теперь, кажется, я теряю свою мысль. Такие соблазнительные рельефы под руками и перед глазами. М-м-м…
— Ну тот ещё поменьше меня улыбается. — пробормотал в своё оправдание и добавил задумчиво. — Хотя, когда за Сашкой следил, то очень даже часто витал в облаках и расслаблял свои мимические мышцы.
— Следил⁈ — Как красная лампочка для моего подорванного внимания и теперь я во все глаза смотрю только в глаза Власову, желая узнать побольше подробностей.
— Ну нет, — Почесал свой затылок и неловко продолжил. — В смысле, просто приглядывал издалека. И вообще, это их дело пусть сами разбираются. А мы сами да Сладкая?
— М-м-м, ладно, так уж и быть… — Меня подняли и понесли, кажется, в душ, чтобы уж точно рот открыть не по делу не смогла. И тут же спохватилась, пока совсем мозг не потёк. — Но ты потом расскажешь же всё? Правда?
— Ха… Правда-правда, — И, видимо, я что-то задела в нём, раз он обиженно — предвкушающе пробормотал мне куда-то в макушку. — Сейчас я тебе покажу, какой дед с сыпучими песками!
Глава 38
— Это значит, что мы официально пара теперь?
Вопрос прозвучал откуда-то сверху. Вообще, изначально показалось, что мне всё это снится.
Как будто я лежу под толщей воды, на самом дне.
Так хорошо и комфортно, а ещё не холодно, совсем. Совсем не такая температура, как я наивно представляла, веря всяким там исследовательским программам на телевизоре. Песок такой мягкий и не зыбучий, нет, а твёрдо стелящийся как раз под мою форму тела. И-де-аль-но. Лежала бы так вечно…
Вокруг меня проплывают рыбы-воспоминания, яркие рифовые акулы в виде эмоций и чёрные пятна «боли и страха», как от чернил осьминогов.
И сквозь всё это мне доносятся нереальные, почти сказочные слова в связи с этими сновидениями-ощущениями. Просто не верится, что Власов первый заговорил об этом. Но это и вправду был реально адресованный мне вопрос.
На суше. В его офисе. В кровати.
После нашего марафона не оставалось сил даже просто приподнять голову, чтобы элементарно посмотреть в глаза Владу. Было страшно открыть глаза, чтобы понять, что на самом деле он хотел сказать этой формулировкой и именно таким набором слов.
— Ответь, — Хотела бы я быть такой смелой, но нет. Вибрация отвлекала и от страхов, и от возможных радостей с явной примесью проблем. — Тебе звонят.
Из-под меня исчезает дно. Три В встаёт, чтобы дойти до брошенных нами телефонов. Я так и вижу его складку между бровей, когда он потянулся к источнику моего увиливания от ответа. Всё так же страшно было просто открыть глаза и принять новую для себя реальность. Мне требовалось больше времени на подумать.
— Это не мне. — Тихо и как-то обеспокоенно заключил Власов. Пришлось приподняться на локте и уставиться на свой мобильник с трезвонящим вызовом неизвестно от кого. И здесь меня пробивает на холодный пот от нехорошего предчувствия. — Но мы не закончили. Возьми, это, судя по уведомлениям, не первый вызов.
Обычно из-за спам-защиты мне не звонят мошенники или холодный обзвон. И если номер до меня дошёл и не в единичном случае, это значит только одно — что-то случилось.
Хватаю протянутый гаджет, судорожно соображая, что, может быть, и отвечаю, сначала также тихо Владу, а затем уже громче в динамик:
— Получается. Слушаю…
— Мишель Станиславовна, это вы? — Неизвестный женский голос был взволнован и срывался на высокие ноты после каждого последнего слога.