Ком в горле. «Я скучаю», кольнуло в сердце. «Скоро буду снимать с тебя трусики», желание провалиться под землю от обмена их фотографиями.
Так вот что ты тут делал. Очищался. И это далеко не душ.
Я встала, уперлась руками о раковину, поставив перед этим телефон перед собой. Дышала. Глубоко. Легкие сдавливало.
Он мне изменяет. Изменяет.
Он. Мне. Изменяет.
Минута тишины, только звук капающей воды из-под крана. Так же как и моя любовь утекает. К нему.
К предателю.
Звенит в ушах. Давит на голову так, что меня словно прижали самым сильным прессом.
Предал. Изменил. Разлюбил.
— Ира,—послышался стук в дверь,-- я сварил тебе кофе. Пойду собираться, мне на встречу с другом надо.
Глава 2
Ирина
Я распахнула дверь. Посмотрела в его глаза. Голубые. Ядовитые. А раньше я в них тонула, как в самом глубоком море.
Сейчас точно утонула. Смертельно.
— Не знала, что у твоего друга между ног нет яиц,— я всучила ему телефон, приложила экраном к его груди, чтобы припечатался.
Минута растерянности, я в бреду, с размытым взглядом иду в сторону коридора, на выход из квартиры.
— Ира, только давай без истерик, ты взрослая женщина, все понимаешь,— спокойно произнес он.
А я бы хотела стать маленькой, чтобы не понимать.
Стояла сейчас в четырех стенах нашего дома и не могла себя в руки, всю трясло только так, вдоль и поперёк… Господи, ну за что мне такие новости в такой момент? Я же хотела… Просто обрадовать его… Просто быть счастливой от его выкриков, улыбки и неподдельной радости за нас обоих…
Просто чтобы он прошептал мне тихо на ухо, – я рад, что стану отцом.
Ира. Как я рад, что у нас получилось. А в итоге? Смотри, как я буду снимать с тебя трусики. Только не мне. Другой женщине.
Что получила в итоге? Будто ссаную тряпку в лицо мне бросил.
Настолько паршиво, настолько ужасно, что я словно провались медленно в черную дыру, которая засасывает меня, наши отношения, мои тесты на беременность, которые так и лежат в сумке в надежде, что я их сделаю и смогу убедиться. Черная дыра растет и в груди и вокруг и как бы мне самой в этой тьме совсем не утонуть, рассудок не потерять.
Ну, что тебе не хватало? Ну, что? Хотя понятно что. Ребенка.
Только вот он. Во мне, возможно. Начинает жить, и скоро у него забьется сердце. Мое бы только не остановилось.
Я женщина взрослая и понимаю, что сколько мужика ни корми, а близости ему хочется всегда, везде и в больших объёмах. И я ведь давала ему то, что он хотел. Гладила его нежно по спине, когда ложилась с ним в кровать, целовала по утрам, когда он уезжал в офис или по делам. Разрешала ему все.
Старалась не ограничивать и не быть истеричкой. А во что вылилось? В то, что он скрывается в ванной и включает воду, чтобы скинуть фотки своего друга другой? Фотки? В 45 лет? Укуси меня пчела, Миша. Как ты пал...
— Ира,— он пытался выдернуть из меня хоть слово.
Но я, я не хотела пока с ним говорить.
Эта ситуация...
Ситуация, с которой прежде мне не приходилось сталкиваться, и я правда была уверена, что никогда и не придётся это пережить.
Казалось, у меня лучший на свете муж.
Лучший, потому что очень хочет наследника, да и в целом, детей, а я не могу ему их дать. Не могла, вернее говоря.
А он всё равно был со мной. Говорил, что ничего, он меня любит. И может, когда-то судьба нас благословит. Он готов был ехать со мной в детский дом. Еще несколько месяцев назад. Но после передумал. Теперь ясно почему.
Долгих двенадцать лет, я слышала от него только слова поддержки. Он никогда не давил на меня так, чтобы я чувствовала себя неполноценной. Не называл меня никчемной или плохой. Он любил меня. Или я просто еще не успела снять розовые очки.
Всё было наоборот. Мы ходили по медицинским центрам без устали и всё надеялись на чудо. Причём, никогда я не слышала от Миши никаких возмущений. Он реально хотел детей от меня и на этом точка. Что же заставило его пойти на измену, если столько лет он был верен? Или всё-таки не был?
Пока он что-то там говорил на фоне, я как в тумане шла по длинному коридору. Удержала равновесие, хотя мотало из стороны в сторону. В глаза бросилась обувница.
Я схватила первые попавшиеся туфли мужа, которые оказались с налипшей грязью на подошве. Это не было столь удивительно, потому что он часто выезжал на объекты по работе, где чисто не бывает.
На нем тоже грязь. Налипла. Хотя, видимо, он ее смыл. Грязь свою. Под потоком воды после тех горячих фото девицы с раздвинутыми ногами.