– Поня-атно, – протянула я. – Машка, значит.
Проходя мимо кухни, я пригнулась, и над моей головой просвистела лопаточка.
– Маша! – рявкнула я. – А ну-ка успокойся, возьми себя в руки, солдат!
От неожиданности Машка оторопела, и этим тут же воспользовалась одна из её подружек. Она разоружила Машу, вытащив у неё из руки половник, а потом аккуратно помазала ей голову.
– Ну вот, так гораздо лучше. Теперь мы с тобой пойдём в барбершоп, и пусть тебе сделают стильную причёску. Они умеют стилизовать под корейских звёзд. Ты же любишь смотреть дорамы? Будешь такая же, как один из твоих любимых айдолов.
Машка успокоилась, перестала шмыгать носом и сказала:
– Пойдём. Я хочу быть как Юн Чоль.
Я понятия не имела, кто это такой. Наверняка какая-то звезда – певец или актёр. Я продолжила своё неторопливое шествие в сторону душевой. Сегодня здесь аншлаг. Мне пришлось выстоять небольшую очередь перед тем, как попасть внутрь. Похоже, на пары я теперь не иду. Да ещё и придётся мыться при других девушках. Не люблю обнажаться на публике.
Из туалета вышла Виолетта и загадочно улыбнулась мне. Мне это не понравилось, что бы её ухмылка ни значила. Однако подошла моя очередь в душ, и я постаралась побыстрее помыться, отвернувшись к стенке, чтобы никто не пялился на меня. Да, у меня большая грудь, чем я совсем не горжусь. Неудобно носить с собой дополнительную тяжесть, неудобно спать на животе, неудобно заниматься спортом. Приходится носить особую утяжку, чтобы грудь не тряслась и не вываливалась через воротник, когда я бегаю. А ещё такая адская боль, когда она бьёт меня по лицу при прыжках.
В душ заглянула Ви.
– Ну и дойки. Офигеть, ты прямо как корова, такое здоровенное вымя.
Я вжалась в стену и прикрыла грудь руками.
– Выйди отсюда, ты мешаешь мыться. Закрой дверь, кому я сказала, дует!
Девушка, которая рассказала мне про Машу, смело выставила Ви и захлопнула дверь прямо перед её длинным любопытным носом.
– Ты должна быть наглее. А то тебя так и будут унижать всякие дуры, – хлопнула меня по плечу девушка.
– Как тебя зовут?
Она улыбнулась мне. Несмотря на наготу, она нисколько не стеснялась своего вида.
– Настя. А тебя я знаю, ты Диана с первого курса. Я учусь на четвёртом.
– Приятно познакомиться, Настя.
– Взаимно. Не будь такой мышкой, тролли и психопаты любят людей, которые их боятся. А ты – идеальная жертва. Надо уметь постоять за себя! Я же не всегда буду рядом. Хотя, если что – обращайся. Помогу чем смогу.
– Спасибо.
Дверь опять распахнулась, ударившись о стену, и в душевую вбежала запыхавшаяся бледная Лутфи. На щеке у неё алело пятно.
– Диана! Я пыталась… я хотела её остановить… но я не смогла…
– Что случилось? – во мне уже мерзким червячком шевельнулась тревога.
– Пойдём быстрее!
Глава 7.
Я закончила мыться, наскоро вытерлась и побежала вслед за Лутфи. Когда мы вошли в комнату, моим глазам предстал какой-то растрёпанный веник, лежащий на полу. До меня не сразу дошло, что это бывший букет роз. Вокруг валялись разноцветные розовые лепестки. Ваза, которую я одолжила у девчонок из комнаты напротив, синими брызгами лежала на полу. Самой виновницы этой разрухи, конечно же, в комнате уже не было.
Тогда я поняла, что это последняя капля. Я уронила полотенце, упала на колени и разрыдалась. Я тщетно пыталась собрать лепестки в кучу, потому что мои глаза застили слёзы, и я ничего не видела из-за них. Я начала рыдать в голос, как ребёнок, и захлёбываться своими рыданиями. Я выбежала из комнаты. Поднялась на лифте на самый верх, где было меньше людей, села на подоконник в кухне, прижалась лбом к стеклу и продолжила плакать. Такое ощущение, что вместе с этой вазой разбилось моё сердце. Ви, как нарочно, постоянно устраивала мне подлянки. Я не понимаю, за что она так меня возненавидела. И, самое главное, я не могла ничего поделать против этого агрессора.
– Вот ты где. А я за тобой.
Передо мной появилась Лутфи. Она уже восстановила дыхание. Спокойно подошла ко мне, открыла форточку. Достала сигарету.