Моё утро откровенно ужасно! На подбородке вскочил маленький прыщик. Это так неприятно, я уверена, вы меня поймёте. Придётся использовать больше тоналки. Хорошо, что прыщи бывают редко, иначе моё лицо стало бы похожим на пористую шоколадку. А потом выяснилось, что в общежитии в очередной раз отключили воду. Как же я пойду в «Корову» с грязными, поникшими волосами? Это большая проблема. Разве что постучаться в другое общежитие, ведь туда можно войти по студенческому билету. И, под завязку, я обнаружила, что мою косметику разбросали по всей комнате, пока я ходила в душ. Тоналку я так и не нашла. Зато на соседней кровати сидела довольная собой Ви.
– Срок годности твоей тоналки вышел. Оказывается, тональник сдох вчера. Я его выкинула. Можешь не благодарить.
– Как ты могла? Ну почему именно сегодня?
– Да потому, что ты меня бесишь. Забитая, мерзкая серая мышь. С виктимным комплексом. Ты же идеальная мишень для насмешек.
Она демонстративно встала, и, ядовито улыбнувшись, вышла из комнаты.
Я решила забить. Собрала сумку, взяла пропуск и смартфон, бросила их в сумочку, забрала волосы в грязный пучок. Натянула синюю ветровку, накинула на голову капюшон и спустилась на скрипучем лифте на первый этаж. Торопливо поздоровалась с комендой, вышла на улицу к парковке электросамокатов. Выбрала тот, который был заряжен под завязку. И стартовала.
Ветер бил мне в лицо, скинул капюшон, и теперь развевал выбившиеся из причёски волосы, периодически бросая отдельные пряди в рот и в глаза. Сначала я ехала боязливо, опасаясь сбить пешеходов, но постепенно осмелела и прибавила скорость. Теперь самокат делал почти 14 километров в час. Я получала кайф от этого драйва. К счастью для меня, доступную для проката зону опять расширили, и нужное мне общежитие попадало в пределы этой области. Я торопилась, ведь мне предстояло проехать почти половину города. Я ехала в сторону Чапаева, где было другое известное мне общежитие. Кроме того, чтобы добраться обратно до моего общежития, где назначена встреча, мне нужно порядочное количество времени. К счастью, я хотя бы не забыла закинуть в сумку полотенце, шампунь, кондиционер и мыло. Я стараюсь заботиться о своих волосах. Никогда их не красила, не выпрямляла и не завивала. А недавно, к тому же, проходила курс уколов-витаминов, чтобы волосы росли быстрее и были более здоровыми. Проезжая по мосту через Исеть, я обратила внимание, что утки всё ещё не улетели. Похоже, они собирались здесь зимовать. Так странно. Неужели им не холодно? Утки крякали и просили подачку от гуляющих вдоль набережной прохожих. Жаль, мне совсем некогда, а то бы тоже покормила их хлебом. Есть стереотип, что уток нельзя кормить хлебом, якобы он раздувается у них в желудках и плохо переваривается, но это полнейшая ерунда. Я читала в исследовании, что это не так. Вообще, довольно-таки полезно проверять информацию из традиционных СМИ и от блогеров в научных исследованиях. Так можно побеждать в спорах и вызывать бешенство у завистников. Хотя я знаю некоторых спорщиков, которые любят править Википедию, чтобы всегда быть правыми.
Сворачивая на Чапаева, я подумала, что должна научиться стоять за себя. Это для меня самое-самое сложное, потому что ещё со школы я – тихоня и хикикомори. Это в универе я начала краситься, ходить на тусовки, записалась в спортзал. В школьные годы я часто получала и от мальчишек, и от девчонок. Ненавижу школу. И мечтаю о том, чтобы мои одноклассники горели в аду. Вот такая я нехорошая девочка.
Вот и нужный мне дом. Припарковала самокат, сфотографировала его с разных сторон, подождала, пока снимутся деньги за проезд, а потом пошла ко входу в кирпичное здание, которое, кажется, так никогда и не отреставрируют. Прямоугольная оранжевая коробка, построенная ещё во времена СССР, отталкивала своим внешним видом. Старшекурсники говорят, что когда-то рядом было антикафе Альма-Матер. Интересно, где оно сейчас? Ладно, это неважно, я сюда не любоваться видами приехала. Быстро показала пропуск охраннику, и поспешила на второй этаж, где слышала голоса студенток. Мимо как раз пробегали какие-то девчонки. Они задорно смеялись и очень громко разговаривали.
– Привет, где тут у вас душ?
– А, там дальше по коридору и налево, не пропустишь.