Закрываю дверь и молча смотрю на безжизненную комнату, что раньше я называл своим пристанищем. Слева так же расположена кровать, чуть дальше от неё рядом с широкими окнами стол.
Я достаю из кармана телефон, набираю номер и приближаюсь к окну, намереваясь поговорить кое с кем.
— Алло? Габриэль, это ты? — раздаётся в динамике голос мамы.
— Да. Ты просила позвонить когда будет время.
Я раскрываю шторы и пропускаю в комнату немного лунного света. Передо мной открывается безупречный вид на восточную часть, где расположены обширные зеленые территории, и узкие, вытянутые вдоль парка, аллеи. Слева расположен новый теннисный корт и зона отдыха с бассейном. Когда я уезжал его только строили.
— Хоть в этом ты послушался меня, — смеется мама в трубку.
— Ну, как видишь… я не плохой сын.
За территорией находятся массивные леса, простирающиеся далеко на юг и сливающиеся с горизонтом.
— Это так, — вздыхает она. — У нас все в порядке. Только скучаем. Очень… особенно…
Ненароком, за верандой, я замечаю движение двух силуэтов. Они пробегают мимо большого круглого фонтана в центре и, пройдя вдоль зелёной стены, исчезают.
Они не похожи на охрану. Слишком мелкие, их движения слишком быстрые для планового обхода. Так движутся… беглецы.
— Ладно, мне пора идти, мам.
— Не забудь звонить, сынок…
— Хорошо. Пока.
Я не дожидаюсь ответа и отключаюсь. Далее кидаю телефон на кровать и, выйдя из комнаты, бросаюсь из дома на улицу, следуя за двумя силуэтами.
Огибаю фонтан с колоннами и огромной статуей Аполлона, из которого доносится журчание воды и бросаюсь дальше в погоню, вдоль аллеи и ограждений.
Догоняю их довольно быстро. Они успевают лишь проскользнуть за маленькую разрушенную часть стены, находящуюся под большой старой ивой на краю территории. Здесь очень тихо, лишь слышно как шелестит листва ивы, что покачивается от ветра. Это место охрана часто использовала в качестве курилки, из-за того что по близости нет камер, и вполне ясно почему беглецы решили проскочить именно здесь.
Медленно захожу внутрь и иду следом за ними, чувствуя запах сырости и сильной вони сигарет.
— Это очень, очень плохая идея! — раздается голос в темноте. — Ты знаешь что произойдёт, если нас кто-то здесь увидит? Может…
— Знаю! Нас поймают, возможно накажут. Кое-кого уволят. — отвечает ей второй знакомый девичий голос. — Но я не...
— Думаю, лучше будет прислушаться! —перебиваю я её, выхожу из тени и становлюсь в центре.
Передо мной, в темноте, стоят два женских силуэта, которые резко оборачиваются, когда слышат меня. Та, что стоит ближе ко мне, практически в нескольких шагах, мгновенно дергается и замолкает. Ее пушистая голова дает мне понять кто это. За долю секунды на ярком шотландском лице Шейлы с вытянутыми губами и прямым носом, проскальзывает уйма эмоций, начиная с ужаса и заканчивая любопытством.
— Габриэль? — удивленно бросает она, дернув густой копной вьющихся огненно-рыжих волос. — Что ты тут делаешь?
— Как обычно, Шейла, ловлю беглецов, наказываю провинившихся.
Её карие глаза превращаются в два хрусталика, и она дергается, словно ей сообщили о виселице.
— Никто никуда не убегал! — наконец раздаётся голос второй девушки, что стоит на небольшой возвышенности чуть дальше у стены, за которой находится небольшая лазейка с выходом за пределы территории особняка. — Мы… Я просто хотела отлучиться ненадолго.
— Зара, — киваю я ей, в знак приветствия.
Она выходит на свет, что проскальзывает через щели обрушенной стены и выпрямляется.
— Габриэль, — кивает она мне в ответ, вздёрнув прямой нос.
Я разглядываю темно-каштановые волосы, рассыпавшиеся по плечам, губы, немного высокомерно поджатые и слишком невинно накрашенные, и снова поднимаюсь к глазам. Встречаюсь с холодным взглядом, который выдерживает мой ещё несколько секунд, а после отводится в сторону.
— Что вы здесь делаете? — хмуро бросаю я, окончив наглый осмотр.
— Мы просто гуляли... — твердит Зара, снова встретившись со мной глазами.
— Ты же должен был приехать позже, —слышу я с боку напуганную Шейлу.
— Странное место для гулянок.
Зара не отвечает и начинает залезать на низкий широкий подоконник за своей спиной.
— Зара, отойди, — сухо бросаю я ей в спину. — Немедленно слезь. Ты не слышала?!