Молчим.
Вроде бы уже все сказано.
А, нет.
Я снова ошибаюсь.
- Кать, вот еще что. Ты поговори со своими родителями. А то знаю я твоего папу... Не нужно мне создавать проблем… Или он сразу ответочку получит… в бизнесе… - Антон опять меня удивляет и, видимо, это очень явно отражается на моем лице, потому что он тут же реагирует. - И не делай такие глаза! Я его не пугаю… А предупреждаю… можно сказать, по-родственному.
- Хорошо. Я поговорю с папой, - и мысленно добавляю: “Но не обещаю, что он послушает меня”.
А ведь Антон действительно может навредить бизнесу родителей. Если он задействует свой прокурорский ресурс…
Нет, с родителями я обязательно поговорю. Успокоюсь и поговорю. Расскажу и про претензии Антона, и про его угрозы. В этой ситуации, как никогда, мне нужны их советы и помощь.
К неожиданности Антона, вещей для перевозки оказывается больше, чем он думал. И ему приходится делать несколько ходок к машине, но все равно все в нее не вмещается и что-то еще остается в квартире.
- Ладно, потом заберу, - небрежно машет рукой в сторону двух картонных коробок с книгами и большой спортивной сумки с чем-то, видимо, не очень важным.
Ничего не говорю. Его вещи. Квартира его мамы. Пусть делает, как хочет.
Сдерживаю слезы.
Нет, я не буду при нем плакать.
Только не после того, что я сейчас выслушала от него о себе и нашей семейной жизни.
Достаточно они сегодня с Еленой Николаевной потоптались по моему самолюбию и гордости.
На этом все. Хватит!
- Даша, - Антон присаживается к ней на коврик и чмокает ее в макушку, - папе нужно уезжать. В командировку.
Дочь поднимает голову – ей очень не нравится то, что она слышит.
Ну, что ж, я готовлюсь, сейчас начнется…
- Пока-пока, дочь, - Антон делает рукой прощальный жест. - Катя, я позвоню по поводу суда.
И уходит.
А мы остаемся вдвоем.
Ожидаемо Даша начинает горько плакать, жалобно и взахлеб.
Обнимаю свою девочку и прижимаю к себе.
Как же мне хочется к ней присоединиться – прорыдать, прокричать свое горе, свою боль, свою беду.
Но вместо этого я успокаиваю дочь.
- Тшшш, моя девочка, - поглаживаю ее по голове, по спинке, прижимаюсь губами к макушке. - Тшшш, моя хорошая…
И когда Даша наконец затихает, снова вспоминаю про купленную мозаику.
- А давай посмотрим, что это у нас? - и, к счастью, дочь отвлекается на новую игрушку.
Выдыхаю.
Загоняю всю свою боль и обиду глубоко-глубоко внутрь.
Потом, все потом.
А сейчас мне нужно собраться и быть сильной.
И я полностью сосредотачиваю свое внимание на Даше, чтобы ее сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих.
Шестая глава
Более-менее спокойно обдумать все произошедшее у меня получается только поздним вечером, когда Даша уже спит в своей кроватке, а за окнами вступает в свои права темная июльская ночь.
С горечью вспоминаю претензии, высказанные Антоном.
Обидно и больно.
Если все, что он мне сказал, для него настолько важно, почему он раньше молчал? Почему никогда не говорил со мной об этом?
И я снова и снова мысленно возвращаюсь к словам Антона.
Странно, вроде и жили мы вместе, а его и моя картинки нашей жизни полярно отличаются друг от друга. И в моей все совсем не так, как рассказывает Антон.
Захожу в ванную и рывками снимаю с себя одежду. Футболка, шорты. Быстрее-быстрее.
Пристально всматриваюсь в большое зеркало, и мне нравится то, что я там вижу.
Молодая стройная женщина. Высокая блондинка с длинными волосами, вполне себе приличной грудью, выраженной талией, подкаченными руками и ногами (это приятный бонус от регулярных прогулок с Дашей).
Что бы ни говорил Антон, но я слежу за собой. Вот только с маленьким ребенком на уходовые процедуры остается не так много времени, как хотелось бы. И сейчас меня спасают только беби-степс.
Общее впечатление…
Тут я зависаю. Конечно, мой модный спортивный костюм или классические джинсы не могут соперничать с офисным дресс-кодом коллег Антона. Но для прогулок с ребенком я выбираю удобство и комфорт, свои и дочери.