Он пару секунд стоит у порога, а потом уверенным шагом продвигается в нашу сторону. И только сейчас я задаюсь вопросом - как он умудрился нас найти?
Неподвижно сидя на своём месте, я наблюдаю как Карим берёт стул с другого стола и вальяжно садится между нами, поворачиваясь торсом к Мерей и абсолютно не обращая на меня никакого внимая. Надеюсь это не я случайно его сюда привела? Да нет, не может быть. Он бы не стал за мною следить. Это у меня развивается паранойя.
- Ну жена, как дела? Не надоело от меня бегать? Не стыдно?
Чего?
Я поворачиваю свой взор к Мерей и ожидаю от неё ехидного ответа. Как минимум! Давай, Мерей, поставь его на место.
Но чуда не случается и Мерей хоть и отвечает, но крайне робко и настороженно, временами бросая на меня стыдливые взгляды. А я сижу. Сижу и думаю, где моя свеча. Я тут сейчас явно лишняя. Но Мерей не хочу сейчас оставлять одну, я прекрасно вижу что она еле держится. А Карим наступает. Теперь мне его уже и не жаль. Он бросает ей залп неуклюжих обвинений, на которых Мерей неумело отвечает, а я уже сотый раз за сутки хочу ударить себя в лоб. Да нет же! Не так! Не пасуй ему, Мерей! Ответь этой наглой морде!
Я в полном недоумении кручу голой из стороны в сторону, искренне нуждаясь в пачке попкорна, и внутренне болея и надеясь на победу подруги в этом словесном поединке. Но видимо судьба сегодня не на нашей стороне, потому что слышу, как и без того хрупкий голос под конец надламываться, и в глазах Мерей появляются слёзы. Неееет!
Я быстро достаю деньги и ставлю их на стол, а сама резко поднимаюсь и кидаюсь обвинениями в сторону гуляющего недомуженька:
- Послушай меня внимательно, Ахмедов. Я смотрю ты очень крутой… сидеть тут и рычать на маленькую, молоденькую девушку. Чувствуешь себя могущественным, унижая беззащитных? Ты себя вообще кем возомнил? Ханом всея Руси? - и тут я осекаюсь, понимая что уже ору на всё кафе. Стоп! Надо срочно собраться. Возможность победы только в логичной атаке. Никаких чувств. - Я сейчас столько всего услышала в сторону Мерей, но о себе любимом ты напрочь забыл. Какого было бы тебе, приведя Мерей своего любовника в ваш дом?
Я вижу как его до сих пор якобы скучающий взгляд резко становится яростным. То-то же кабрау*, не по нраву тебе стеклянная "ответка"? Я с глубоким наслаждением слежу как переменами на лице предателя, и не давая ему времени опомнится, хватаю в охапку Мерей с её сумочкой и изо все сил бегу в сторону входной двери, таща за собой спотыкающуюся подругу. Уже на пороге нас настигает сам предатель, но я прячу Мерей позади себя и специально кричу по весь голос:
- АААААААА, ПОМОГИИИТЕЕЕ!!!!!!
Подталкивая Мерей на улицу, я продолжаю во весь голос надрывно кричать, всё больше привлекая к себе внимания. Карим застывает и в подлейшем ужасе таращиться на меня. Да, я и сама в шоке от своего поступка. И хуже всего-то, что делаю я это абсолютно осознано.
Пока я крайне профессионально изображаю истерический ор на всю улицу, пытаюсь сообразить что же делать дальше. Боже, какой же это стыд. Мне хорошо что из знакомых меня никто не видит. От такого уж точно не отмыться. Но уж если решила позориться, то позориться надо до самого конца.
- Ты с ума сошла? - Карим наконец подаёт голос, - а ну заткнись немедленно. - угрожающие начинает он рычать мне в след. И именно такой подогрев был необходим моей начинающей "подугосать" решимости.
Я уж собираюсь визжать с новыми силами, как чувствую что Мерей тащит меня назад. Я оборачиваюсь и вижу пару метров он нас людей в форме.
Полиция!
Теперь я сама уже тяну за собой подругу, и бегу к ним на встречу с криками:
- ПОМОГИИИТЕЕЕ! ЭТОТ ИЗВРАЩЕНЕЦ НАС ПРЕСЛЕДУЕТ!
О боже мой, если ад существует, то мне там точно быть из-за этого поступка. Мне самой за себя стыдно. Но лучше об этом подумать потом.
Полицейские нас замечают, и мне на секунду начинает казаться что они сами хотят убежать. Совсем офигели? А ну стоять!
Но блюстители порядка всё же никуда не убегают, в лишь недовольно поджимают губы. Ну уж простите! Кто на что учился. Подбежав к ним, я пытаюсь из-за всех сил изобразить испуг:
- Этот сумасшедший нас преследует!
Я показываю пальцем на стоящего позади меня Карима, и хватаюсь за нос, чтобы сдержать яростный поток смеха при виде его восхитительного вторжения лица, когда справа от меня Мерей выдаёт: