- А мне то же самое! - тут же отвечаю я. - И чай нам, пожалуйста, принесите, облепиховый. Ты же такой любишь?
- Да, спасибо.
Девушка забирает у Мерей меню и уходит, а Айткулова снова смотрит на меня.
- Приятно что ты помнишь. - а я лишь улыбаюсь, - так... возвращаясь к нашим баранам, - а это уже не понятно, о ситуации ли она или о наших мужьях, - я конечно хочу развода. Чтобы он оставил меня в покое.
- Думаешь, так просто оставит?
- Думаю что нет. Он своё не привык отпускать. А меня он считает своей. Может не как женщину, но как прислугу точно.
А я лишь с горечью киваю. Да, к сожалению это именно так.
- Представляешь, он сказал что любит нас обеих. Как это вообще возможно? Этого не может. Просто. Быть! - я вижу как она снова начинает заводиться, - он сам всё разрушил. Привёл эту…. Проститутку домой, так ещё и посмел её за приготовленный мною стол посадить! Как он мог?
Мерей закрывает рот рукой, а по щекам уже бегут слёзы. Да, это сильный удар. Я сложусь рядом с ней и достаю свой телефон и наушники. Кажется пришло время моей любимой успокоительной мелодии.
- Мерей, я понимаю что ты сейчас разбита. Это трудно пережить. - я тянусь к ней и начинаю её гладить по спине,- Я не сильна в словах, но ты должна знать, что у тебя есть на кого положиться. Ты не одна. Не плачь. Я знаю, это трудно, но он не стоит твоих слёз.
- Я не могу, Ань. Это сильнее меня. Я всё сама понимаю, но мне так больно. Это несправедливо! Зачем они так с нами?
А я что могу ей ответить? Мне самой бы хотелось понять - за что, да почему. Очень хотелось бы на самом деле, ведь мы столько вместе успели прожить. В любви, как мне до сих пор казалось. Хотя и это не факт уже. Может и не было любви, а лишь привязанность с его стороны.
- Мерей… - я нахожу мой «успокаивающий трек» и протягиваю ей один наушник, - возьми послушать. Это поможет тебе успокоится. Ну, должно помочь...- добавляю нерешительно. До сих пор только на себе я проверяла этот психологический приём.
Она смотрит хмуро на наушник, но всё же решается его взять, и после того как вставляет в ухо, я включаю звук:
- «Плач, плач, плач, плач….» - без конца повторяется и Айткулова смотрит на меня сначала с непониманием, а потом вдруг начинает робко смеяться. Ну, это уже что-то.
- Это что? Ты сама это записала? - она всё же перестаёт плакать и немного послушав, всё же возражает наушник мне.
- Я…
- А зачем?
- Я в детстве часто плакала, вот и придумала как себя успокаивать…
Мы смотрим друг на друга, она с еле заметным удивлением, а я с поджатыми губами, и почему-то начинаю стесниться сказанной мною фразы.
- И тебя родители не успокаивали? - Мерей смотрит теперь уже с сочувствием.
- Так из-за них я всё детство и прорыдала. - добавляю уже отводя взгляд. Да, лучше про детство вообще не вспоминать. Зря начала.
После этого подруга уже ничего не спрашивает, и мы снова сидим в угнетающей тишине.
- А ты? Что думаешь делать?
Я смотрю на неё из-под лба. А стоит ли с Мерей делится своим планом? Или рассказать только о части связанной с Каримом? Там без неё мне не обойтись. Я вначале думала поделиться, но теперь немного сомневаюсь. Поддержит ли? Без Мерей будет не так изящно и угнетающе. Всё-таки немного, но поделиться стоит. Это ведь её он обидел. И ей решать что с этим делать в первую очередь. А я могу только направить и подсказать. И только я решаюсь, как нам приносят наш заказ. Ну и прекрасно, смогу пока подумать о том что стоит или нет говорить с горяча. Тем более что мне до сих не понятно как далеко она готова пойти.
В свои мысли я ухожу при поедании в меру кислой солянки и невероятно сочных ребрышек. Ух, то что нужно.
Спустя почти час мы удобнее располагаемся на диванах с уже полным желудками. Кто говорил что только мужчины падки на еду? Теперь, лично мне, намного легче и лучше мыслится. Я снова пробегаюсь по своему плану и окончательно решаюсь сначала помочь Мерей, ведь она точно сама сейчас не справится.
- Так, - я приближаю свой корпус к столу и смотрю на неё серьезно, - а теперь давай быстро и продуктивно проедемся по твоим дальнейшим действиям. Если тебе конечно нужна моя помощь…
Последую фразу я специально добавляю чтобы Мерей поняла, я за неё думать не буду. Она сама принимает решения, ну а я ей помогу чем, смогу.
- Я понимаю тебя Ань, - она также возвращает мне решительный взгляд, - я сама в ответе за свою жизнь, и прекрасно это осознаю. И нет, я не вернусь к Кариму. Это даже не обсуждается. - Сейчас я солгу если скажу что мне не нравится то что я слышу.