Хохотнула и вытерла слезы, размазывая туш по щекам. Плевать. Мне сегодня можно. Мне изменили, я бросила.
Снова всхлипнула, а потом еще громче накрутила музыку. Не хочу реветь как брошенка. Потому что это я его бросаю, а не он меня. не может такой мудак бросить такую как я. Ну и ладно, да не всегда красиво одевалась, не всегда соблазняла. Зато верная была! В отличие от него. Пусть это у него клеймо во лбу будет ― брошенный. Лопух! Предатель. Да что угодно, только бы больше не появлялся в моей жизни никогда.
Подъехав к набережной, спустилась вниз по мосту, свернула направо и остановилась неподалеку от берега. Музыка звучала на всю, привлекая внимание прохожих. Я осмотрелась и увидела свободное местечко на мостике.
Заглушила двигатель и прикрутила музыку. Сразу стало тихо и грустно.
Пальцами постучала по рулю и схватив сумку, вышла на улицу. Надевать кеды не стала, решив прогуляться по теплому нагретому за день песку.
Прекрасно! Босая в вечернем платье и укладкой на голове. Правда смазанная тушь хорошо портит весь мой тупой вид. Но мне все равно как я сейчас выгляжу. Только бы не встретить мужа, который наверняка придумал уже отмазку и хочет мне все объяснить. И наивно полагает, что я поверю в его ложь.
― Здравствуйте. Сделайте мне, пожалуйста, стакан семечек, ― протянула продавцу купюру и бросила беглый взгляд на его небольшой товар.
― Держите, ― она протянула мне бумажный кулек с семечками, а я хмыкнула и кивнула.
Прямо как раньше. В газетку.
Очень интересно.
― Спасибо.
Удивительно, что не последовало куча любопытных вопросов, то‐то вроде про красный нос и размазанную тушь. Умная тетя.
Я развернулась, чтобы пойти на причал и свесить ноги, нет, ни в коем случае не голову, только ноги. Хоть в воде ими поболтаю. Хотя, искупаться было бы куда прекраснее, чтобы голову освежить. Сбилась с мысли! Я развернулась и носом въехала во что‐то твердое.
Поморщилась от боли, и отстранившись, подняла голову.
На меня смотрели два выразительных карих глаза обрамленных длинными черными ресницами.
По телу побежали мурашки и мне захотелось убежать вместе с ними.
Какой грозный дядя.
― Все нормально? ― уточнил он хриплым голосом на что я кивнула и хотела сбежать, но моя нога зацепилась за какой‐то корень в песке.
Можно было просто уйти?
Можно?
Нет. Я начала заваливаться, а мой спаситель перехватил меня за шкирку и крепко прижал к своей груди.
― Стой. Иначе шлепнешься, ― и крепче прижал, едва не вытисняя мою грудь из платья.
― А я так хотела шлепнуться.
Глава 2
― Давайте отложим это на потом, ― произнес незнакомец, и убедившись, что я уверенно стою на ногах, отстранился и отпустил меня.
― Ладно, отложим, ― кивнула я, и собиралась уйти щелкать свои семечки и горевать по ушедшей любви, но меня вдруг перехватили за руку.
― Подождите.
― Вам чего? ― нахмурилась я, опуская взгляд на его руку на моем запястье.
― Не составите мне компанию? ― уточнил он и кивнул на тележку с продажей мороженого.
― Извините, боюсь, я сегодня не лучший собеседник. Смотрите сколько вокруг свободных девушек, пригласите их встретить закат. А у меня вот, ― выставила руку с кульком семечек и показала свой палец с кольцом.
Нужно будет выбросить.
― Судя по вашим грустным глазам мне как раз вы и нужна на закате.
― Звучит странно. Если я скажу, что хочу просто поплакать?
― Я побуду вашей жилеткой на этот вечер.
― И смогу если что высморкаться в эту жилетку?
Он недоуменно скривился и как‐то неуверенно кивнул.
― Ладно, обойдемся без соплей. Но радовать веселыми историями я вас точно не буду.
― Договорились, ― он жестом руки пригласил меня идти в сторону мостика, на который я так активно поглядывала пока покупала семечки.
― Я поняла, почему вы увязались за мной.
― Поделитесь.
― Все гениально просто. Вы облюбовали мостик, который я заняла первой.
― Именно так и было. Я умею читать ваши мысли.
― Правда? ― я заглянула в его глаза и ногой зачерпнула теплый песок, слегка подбрасывая его кверху.
― Правда. И сейчас вижу, что тебе… можно на «ты»? ― я кивнула. ― Тебе плохо.
― Тоже мне новость. Ты посмотри на мое лицо и все сразу понятно. Тушь на щеках. А должна быть где?
― На ресницах. Пойдем, присядем и, если захочешь, поделишься.
Я посмотрела на мужчину и поняла, что это тот случай, когда хочется чем‐то поделиться со случайным попутчиком, ведь мы все равно больше никогда не увидимся. А рассказывать правду маме и Лерке не было никакого желания. По крайней мере сегодня и ближайшую неделю. К тому же стыдно осознавать, что подруга оказалась права. Откуда она узнала? Или видела их вдвоем и боялась мне рассказать? И как давно видела? А если она знала все это время и молчала?