Глава 1
Я сидела на краю дивана, прижимая телефон к уху, и смотрела, как вода капает с потолка в ведро. Кап-кап-кап. Звук был ровный, как метроном, и от него уже немного тошнило. В квартире пахло сыростью и старым линолеумом, который теперь вздулся пузырями. Мои ноги в тапках были мокрыми, потому что я только что прошла по луже в коридоре.
– Лер, привет, – сказала я, когда она взяла трубку. Голос у меня был хриплый, будто я полночи кашляла. – У меня потоп. Соседи сверху залили. Все, что можно, промокло. Зарплату задерживают, а на улице под картонкой к урокам не подготовишься. Можно к тебе? На пару недель, пока не… Отремонтирую.
Лера помолчала секунду, потом коротко рассмеялась. У меня аж от сердца отлегло.
– Конечно, Ань. Приезжай. Ты же меня сколько раз выручала. Артем вообще не замечает, кто дома, лишь бы интернет был и свет.
Я положила трубку и выдохнула. В комнате было холодно, батареи остыли, а я все еще сидела в сырой пижаме. Фигура у меня не модельная – животик, бедра, грудь третьего размера, но я себя люблю. В зеркале на шкафу отразилось мое лицо: глаза красные, волосы спутанные. Ну и подумаешь! Главное цела я, наличка, кое-что из техники и паспорт. Я взяла сумку, кинула туда ноутбук, пару свитеров, джинсы, косметичку, учебники. В общем, ничего лишнего. Вышла, заперла дверь, оставив ведро под капающей водой.
Такси домчало до их дома за двадцать минут. Чужой подъезд пах свежей краской.
Лера открыла сразу. Подруга была в халате, с собранными в пучок волосами и усталым лицом.
— Заходи. Артем в своей берлоге, — она кивнула в сторону комнаты, откуда доносился глухой стук клавиш. Затем на ее лице появилась ехидная усмешка: — Готовится стать миллиардером, не мешай.
Я оставила вещи в прихожей. На кухне пахло кофе и чем-то жареным. Мы сели, и я почувствовала толику облегчения. Мне не придется спать в сырости или на улице!
— Спасибо, что приютила, — пробормотала я, чувствуя себя школьницей, сбежавшей от родителей с наспех собранным чемоданом к тете.
— Да брось. Ты мне тоже помогала, помнишь, когда я с дипломом ночевала у тебя? Целыми ночами мы кофе пили и матерились на преподавателей. Так что мы квиты, — она махнула рукой и достала из шкафа бокалы.
Я смотрела, как она по-домашнему наливает вино — щедро, до краев, а не как в ресторанах. В свете лампы на пальце поблескивало обручальное кольцо .
— Ну, как замужняя жизнь? — спросила я, просто чтобы заполнить неловкую тишину. Лера усмехнулась, допивая половину бокала:
— Скучно, если честно, Ань. До тошноты скучно. Артем весь день за компом, ночью — туда же. Иногда кажется, что соперничать с женщиной было бы проще, чем с его кодом. Или че он там делает…
Из комнаты за моей спиной вдруг раздался резкий щелчок клавиш — ровный и быстрый, как дробь. Я невольно обернулась.
— Вдруг он услышит?
— Кого, нас? — Лера фыркнула. — Ему интереснее слушать треск клавиатуры. У нас даже телевизор для фона работает, чтобы я не чувствовала себя глупо, когда разговариваю сама с собой.
Она подняла глаза на меня, чуть помолчала и сказала с какой-то усталой откровенностью:
— У меня, кстати, любовник есть. Даже не один.
Я чуть не поперхнулась вином. Оно обожгло горло, кашель вырвался сам собой, и я зажмурилась, чувствуя, как мир качается.
— В смысле?!
— Ну да. И что? Я ж не собираюсь разводиться. Просто брак — это удобно. Брат говорил, Артем перспективный программист, "выстрелит", как ракета. Мы не богаты, но пока терпимо. В будущем, может, и заживем. А пока... Каждый выживает, как может.
Я смотрела на Леру и не знала, что сказать. Слова застряли комом в горле. Она говорила об этом так спокойно, даже скорее равнодушно, будто обсуждала погоду или цену на хлеб в Пятерочке у дома. Я слышала отдаленное монотонное щелканье клавиш, подтверждающее ее слова.
Вино согрело и немного разморило после нервотрепки из-за потопа, но мне было как-то не по себе. Чужая квартира, чужие признания, чужая жизнь, в которую я оказалась втянута совершенно случайным образом. Я улыбнулась натянуто, губы еле слушались, и спросила:
— А если он знает?
— Да ему все равно. Ему бы только проект запустить.
Она усмехнулась и дотронулась до моего бокала своим.
— Не смотри так, Анют. Жизнь — не кино. Каждый устраивается, как может.
Мы уже основательно расслабились, наполовину распив бутылку вина. Лера рассказывала о своей последней поездке — вроде бы рабочей, но звучало больше как свидание. Она смеялась, перебирала волосы и все время подлилвала себе вина. Я слушала, стараясь не показывать, как мне неловко от ее откровенностей. Ее рассказы про любовников, про то, какие «все мужики одинаковые» казались приемлемыми, но лишь до ее замужества.