— Хотел тебя забрать, — спокойно ответил он. — Последние дни ты сильно устаешь, приходишь и быстро ложишься спать.
Я вздохнула, сжимая горячий кофе двумя руками. Стаканчик грел и, может, даже чуть-чуть обжигал пальцы. На улице не было холодно настолько, чтобы я замерзла. Но почему-то кофе меня действительно согревал. Или дело в том, что он от Артема?
— Мне лучше поехать домой, — произнесла я, избегая его взгляда. Но я чувствовала, что он смотрел, не отрываясь, словно видел меня насквозь и легко читал все мои грязные секреты, которые я пыталась скрыть.
— Я тебя отвезу, — сказал он. — Но сначала давай немного проедемся.
— Артем…
— Просто проедемся, Аня. Я не хочу, чтобы ты убегала от меня, как от чумы. Не хочу, чтобы избегала меня дома и пряталась под одеяло, когда я прохожу мимо, — я не знала, что сказать в ответ на его слова. Возможно, потому что он говорил чистую правду. — Мы должны поговорить и нормально все обсудить. Как взрослые.
Он обошел машину, открыл пассажирскую дверь и чуть наклонился, приглашая меня внутрь. Я стояла на тротуаре, во мне боролось два невероятно сильных желания: убежать и сесть рядом с ним.
Но в очередном побеге, определенно, не было никакого смысла. Артем не сделал мне ничего плохого, он был красив, обходителен, нежен и ласков. И выставлять его монстром мне уж точно не хотелось ни в его собственных глазах, ни в глазах людей, идущих мимо нас.
Внутри салона пахло его лосьоном — это был приятный запах, который сразу заставил мое сердце биться чаще.
Артем завел двигатель и сразу включил печку, видимо, все еще считая, что я замерзла. Все его движения были такими аккуратными и медленными, будто он боялся меня спугнуть.
— Куда мы едем? — спросила я, когда машина двинулась с места.
— В мой любимый парк. Там обычно тихо, так что ты сможешь выдохнуть, нас никто не увидит. Да и я тоже.
Я отвернулась и посмотрела в окно, за которым город потихоньку менялся зеленью. О чем мы будем говорить? К чему мне готовиться? Было сложно собрать мысли в кучу и расслабиться, потому что каждый раз, когда он бросал на меня короткий взгляд, я чувствовала внутри какую-то глупую дрожь.
Он остановил машину у входа в парк на смотровой площадке. Прохладный ветер колыхал ветки, где-то вдали было слышно чириканье птиц. Я вышла и посмотрела на город вдалеке, который раскинулся внизу перед нами.
Это было очень красивое место. Я внезапно улыбнулась, на душе стало легко и приятно от того, что Артем привез меня сюда. Усталость, стыд и страх потихоньку отступали, давая мне возможность насладиться видом.
Артем подошел ко мне и остановился чуть ближе, чем стоило бы. Он не касался меня, но был достаточно близко, чтобы я чувствовала его грудь за своей спиной.
— Я не хочу, чтобы ты пряталась, — тихо сказал он. — Это убивает меня, Аня.
Я обернулась, упираясь спиной в перила смотровой площадки. Если он собирался повторить то же, что было на кухне, я просто не смогу ему отказать… Но он обошел меня и оперся на перила, повернув ко мне голову.
— Я не справляюсь с этим, — наконец у меня получилось сказать хоть что-то, что могло бы объяснить мое поведение. — И не хочу обманывать Леру. Это все неправильно.
Он кивнул. Между нами повисло долгое молчание. Я смотрела на деревья вокруг, а Артем – на меня. Не знаю, сколько прошло минут, прежде чем он вновь заговорил:
— Ты думаешь, я не понимаю тебя? — тихо произнес он. — Или думаешь, мне легко? Я тоже чувствую вину. Но, Аня… Когда я с тобой — я впервые живу настоящими чувствами. Я вообще впервые чувствую, что я с человеком, который меня понимает. Который меня слышит.
В груди что-то болезненно сжалось. Мне хотелось обнять его и защитить от всего мира, потому что я видела, что Лера абсолютно не ценит его. И мне казалось, что жить с человеком, который тебя не ценит и который в тебя не верит — бесконечная мука.
— Лера… Она другая, — продолжил он. — Ей нужны другие вещи. Ее мир находится где-то совершенно в стороне от меня. Мы рядом, но уже давно не вместе.
Артем сделал шаг и снова встал передо мной. Я невольно подняла на него взгляд. В его глазах я видела, что он говорил правду, раскрываясь передо мной, обнажая себя настоящего, а не того скрытого и загадочного айтишника, вечно сидящего за компьютером.
— А ты — другая. Ты настоящая. Ты говоришь так, как есть. Ты смотришь на меня не как на проект или потенциальный заработок. Ты не давишь. Ты даешь мне тишину и тепло, — он опустил голову, соприкасаясь своим лбом с моим. — Ты вообще понимаешь, что ты со мной делаешь?