Мне стало не по себе, и шуточный настрой сразу куда-то пропал. Какие шутки? Передо мной стоит возбуждённый самец, жадно смотрит на моё лицо, в глаза, и готов накинуться, если вдруг я только моргну!
Так! Не моргать!
Мы смотрели друг на друга – он с яростью и желанием, я с удивлением от неожиданности происходящего.
Вдруг Козлов протянул руку, и своими обалденно красивыми пальцами дотронулся до моего виска.
От неожиданности я встала, но поняла, что сделала это зря. Потому что он не сдвинулся ни на сантиметр, а я оказалась вплотную прижатая к нему. Хотела сесть обратно, но его сильная горячая ладонь, прожигая мне спину, уже держала меня и он нежно и медленно прижал меня к своему крепкому телу. Я отчётливо почувствовала его возбуждение и громкие сильные удары сердца.
Кончиками пальцев он скользнул по уху, костяшками, как пёрышком, еле касаясь кожи, медленно провёл по скуле. На мгновение задержался, и рука его двинулась к шее.
От первого прикосновения меня пробила дрожь. Испуг? Вряд ли… Горячая волна как шторм пронеслась сверху вниз и расплылась в животе нежным щекотанием.
В голове загудело.
Я была напугана тем, что меня коснулся другой мужчина и моё тело на него отреагировало так, как ещё совсем недавно я отвечала на ласки мужа.
Никогда я не задумывалась над тем, что делать в таком случае. Бежать? Кричать? Ни того, ни другого я сделать не могла. Сейчас я могла только с силой оттолкнуть Козлова. Что и собиралась сделать, и положила ему руки на грудь. Под моими ладонями бесновалось его сердце.
Вдруг в зале открылась дверь.
Нас было очень хорошо видно, особенно ту сторону, где рука Козлова гладила мою шею, а мои руки лежали почти у него на плечах.
- Наташ… - голос замер. Все движения прекратились.
В дверях стоял Макаров…