- Ну что ты? Переживаем ведь! Что ему будет за драку? - Коля нарисовал в воздухе вопрос рукой, и чуть не пролил пиво на меня. – Ой, прости…
- Почему только ему? А второму что? Он же не сам себя избил?– пыталась я выяснить, с кем же подрался Макаров. Но, видимо майор понял, что я имени не знаю, и сказал:
- В том то и дело, что никто не знает, кто был вторым. Только догадки. Нашли Макарова возле общаги офицерской на лавке. Кто-то сбежал, когда ребята выскочили. Увезли твоего мужа в госпиталь, а он и там говорит, что ударился об лавку, пьяный был, - и Коля очень внимательно заглянул под козырёк моей кепки.
- Не… Не знаю я ничего, может и правда об лавку, - выдержала я взгляд и распрямила спину.
- Мужики слышали, что двое ругались, вроде как из-за женщины…
- Не поделили, видимо, Лизоньку-то, - с ехидством сказала я, и уже сама заглядывала в глаза майору.
- Блин, Наташ, ты и это знаешь? - как-то растерянно спросил Коля и опустил глаза.
- Знаю. Поэтому с вопросами о Макарове к Лизоньке, хорошо? – мой голос дрогнул, сердце разогналось, руки стали тяжелеть и трястись, - А у меня сын, Коль, вот о нём мне надо точно позаботиться. А на Макарове заживёт, как на собаке, он же себя так и ведёт, как скот! Не волнуйся, Коль! Вопросы не ко мне! Мне пора.
- Наташ, послушай, но твой муж …
- Можешь у Романова поинтересоваться ещё разок! Всё! – это были последние слова, на которые мне хватило сил и голоса.
Я заскочила в магазин, зная, что Коля мужик понимающий, и за мной точно не пойдёт, и ждать у магазина не будет.
На удивление никого в магазине не было. Продукты покидала в сумку, набрала вкусняшек Сашке, а себе любимого мороженого. Шоколадного. Целый рожок. Потом подумала, и ещё парочку взяла. Пригодится.
На обратном пути мне уже было вообще без разницы, кто как на меня смотрит, что говорит. Как-то мигом всё обрезало, и мне стало легко. Я шла не торопясь, и ела любимое лакомство. Его вкус был прекрасным, даже лучше, чем всегда!
На площадке народу поубавилось. На меня уже почти никто и не смотрел.
Издалека в окне первого этажа я увидела Анну, которая высматривала кого-то. Увидев меня, она помахала мне рукой и жестом позвала зайти к ней.
«Вот её и угощу мороженым», - подумала я, доставая из кармана телефон, чтобы посмотреть на время.
И вдруг телефон завибрировал, и на экране высветилось «Любимый».
Стало обидно и сердце сжалось. Теперь не любимый? Как же быстро можно всё разрушить! Что же ты наделал, любимый мой! – думала я, глядя на экран телефона, пока звонок не прекратился.
Я, конечно, ждала от Макарова звонка, но говорить совершенно не хотелось.
Он теперь казался каким-то чужим человеком.
Улыбающийся, на свадьбе, в парадной военной форме, он смотрел на меня с экрана телефона, и казалось, что это было со мной, но со мной другой. А тот, что вчера стал предателем - разрушил меня ту, и я обернулась в каком-то новом теле. Как в сказке, где через голову кувыркнулся - и стал другим. Вот и наша жизнь кувыркнулась и раскидала нас. Только в середине остался Сашка. Сынок.
«А как же теперь Сашке всё объяснить? Ведь Макаров не прекратил быть отцом. Они так любят друг друга! Права Анна, пока сын ничего не должен знать. Папа болеет, работает, в командировке, да хоть на Луне! Отца Сашка любит и не должен знать о том, что мы… А что мы? Расстаёмся? Разводимся? Просто поссорились? …. Что у нас произошло? Ребёнка не обманешь. Надо что-то ему говорить».
Мы никогда не ссорились так, чтобы об этом слышал сын. Для него папа и мама всегда вместе. Как быть? Неужели Макарова эти вопросы не волнуют? неужели он не думает о Сашке?
Он вот так выбросит нас из своей жизни ради этой куклы, которую передают из рук в руки? даже не из рук, а с ... Фу, противно что-то...
Было бы понятно, если бы любовь, а то вот так...
Я, глядя в телефон и листая фотографии, медленно шла по дороге в сторону своего подъезда, думая о звонке мужа и о сыплющихся в моей голове вопросах к нему и к себе, когда слева от меня остановился огромный внедорожник.
Глава 8
От неожиданности я шарахнулась от машины в сторону и чуть не свалилась в кусты, еле удерживая в руках рожок с мороженым.
За рулём сидел мой непосредственный начальник - капитан Козлов.
«Дядя Саса», как с лёгкой руки моего сына, его называли между собой все подчинённые.
Сын очень любил гулять вечером на площадке с отцом, в это время там не было очень маленьких детей. А когда наш папа был занят, то появлялся «дядя Саша» и становилось интересно всей детворе.