Макаров и Козлов на одной территории не гуляли, за один стол на праздниках никогда не садились и вообще старались не пересекаться.
Спустя полгода после нашего приезда в городок между двумя офицерами что-то произошло. Козлов к тому моменту служил здесь уже третий год, знал всех и вся, и не терпел тех, кто мог затмить его хоть в чём-то.
Но я так до сих пор и не знала, из-за чего была неприязнь. То ли по службе, то ли личное. Но все знали, что они друг друга ненавидят.
«Не нравится он мне, Наташ. Держись от него подальше», - только и говорил муж.
А когда после декрета меня призвали на службу и я попала в подчинение к Козлову - Макаров первый месяц бесился и несколько раз ходил к командиру с просьбой перевести меня куда угодно, лишь бы от Козлова.
- Вот придёт боец Макарова с рапортом о переводе её в другое подразделение – рассмотрим вопрос. А теперь, старший лейтенант, следуйте на вверенный объект! - дважды отвечал командир.
И Макаров шёл беситься и ревновать.
Но в отделе, где я служила, всё было спокойно. Козлов ничем меня не выделял и не обижал – так всё и улеглось. Только когда Сашка болел – начальник прикрывал на тревогах и отпускал с ночных смен.
- Что от тебя проку, Макарова? Всё равно просто сидим. Иди, Наташ, домой. Днём работы хватит всем.
И я шла, твердя благодарности Козлову за доброту и участие. А днём несла к чаю сладости, печенье, или пирожки.
- Привет, Наташ, хорошо выглядишь! – опустив водительское стекло в машине, сказал Козлов.
«Ну, по сравнению с тем, какая была после вечеринки, неплохо, да! Хорошо, что никто не видел» - подумала я.
- Здравствуйте, спасибо, Александр Николаевич! - я поздоровалась и быстро откусила кусок мороженого, который уже был готов шмякнуться на землю.
- Как дела, где Санька? - смотрел на мои губы Козлов, но пытался делать вид, что смотрит в глаза.
Как замечательно, что мой рот был занят десертом. Как у меня дела, отвечать не хотелось, наверняка ведт уже всё знал.
«Зачем он у меня это спрашивает? Что бы что? А почему о Макарове не интересуется? Это же всех теперь волнует?» - мелькнуло в голове.
А вот за вопрос про сына я ухватилась. Сашке нравилось общаться с «дядей Сашей». Сначала он даже сильно удивлялся, что взрослого дядю зовут так же, как и его. А вот муж был категорически против этого общения. Он просто зверски ревновал и сына, и меня. Козлов не был женат.
Повисла пауза, потому что холод сковал мой рот.
Я дожевала холоднющий десерт и ответила:
- Санька в походе с Катей, дочкой Анны Владимировны, - язык еле ворочался, - Часа через два жду уставшего сына с кучей вопросов и рассказов. Он долго ждал поход.
- А в первый-то поход лучше бы сходить с отцом. Вот это память на всю жизнь. Да?
Я аж поперхнулась от негодования. Ну вот опять! Ткнул меня Макаровым? Какой Макаров плохой отец, а не только муж?
«Не в своё дело лезите, товарищ капитан!» - видимо это очень хорошо читалось в моих глазах, потому что у Козлова напряглись скулы и он сжал левой рукой руль до скрипа. Правая рука была мне не видна.
Мы уставились друг на друга, но мне плохо было видно глаза начальника. Он был в тёмных очках, ещё и тёмный салон скрывал его немного. Я разглядывала лицо. На скуле и на лбу у него были царапины и синяки – результат недавнего ДТП. Машину-то из сервиса быстро забрал, а на лице нескоро заживёт.
Видимо, поняв, что сказал лишнего, начальник заговорил о работе:
- Ну, ладно, Саньке привет передавай, на детской площадке с ним встретимся, выходите гулять. А ты на построение в понедельник не опоздай. И да, в ночь могут тревогу объявить, тебя прикрыть? – чуть тише спросил начальник, заёрзал на сидении и посмотрел в зеркало заднего вида.
- Нет, не надо… Объявят, значит буду, - проговорила я, глядя, как по моим пальцам стекает тающее мороженое, и капельки падают на асфальт.
- А как на сутки во вторник пойдёшь? Саньку с няней оставишь? – тоже глядя на мои пальцы спросил Козлов.
«Знает, что Макаров в госпитале, раз про сутки спросил. Может ещё что-то знает? Он всегда про всех много чего знает, но, как и Анна, тихо. Но зато когда ему необходимо – от него нужная инфа быстро доходит, куда надо. И не надо».
- Да, как всегда, с няней. Извините, Александр Николаевич, побегу, а то мороженое тает.
- Ну, раз всё хорошо, тогда увидимся. Пока. – так не отрывая взгляда от моей руки попрощался начальник.