Снова беру телефон. Снимаю чехол. Забираю банковскую карту. Странная привычка — носить ее не в кошельке. Прячу пластиковый прямоугольник в карман спортивной кофты. Гаджет возвращаю на тумбочку. Что ж, я готова.
Подхожу к окну. Прикрываю глаза. Ничего глупее я в жизни не делала. Закусываю губу. Вздыхаю. Ладно, нужно просто решиться.
Берусь за веревку, еще раз дергаю. Держится. Киваю. Сажусь на подоконник, свешиваю ноги. Смотрю вниз. Дух перехватывает хватывает. Вроде бы не так высоко, но все равно волнительно. Обхватываю обеими руками, по ощущениям, пододеяльник. Аккуратно переворачиваюсь. Ложусь животом на подоконник, упираюсь ногами в стену дома. Ну что ж, поехали. Сползаю чуть вниз. Замираю. Прислушиваюсь. Все тихо.
Двигаюсь мелкими шажками. Руки потеют от напряжения, чуть скользят, но я только сильнее стискиваю их. Кажется, я уже прошла половину пути. Оборачиваюсь, но не могу разобрать, так это или нет. Преодолеваю первый узел веревки. Двигаюсь дальше. На душе становится немного спокойнее. Появляется призрачная уверенность, что все будет хорошо. Я смогу! Я справлюсь, осталось еще немного и… громкий треск ткани раздается в ушах.
Глава 9
Не успеваю вскрикнуть, как приземляюсь попой и спиной на газон. Боль простреливает поясницу, отдает в ноги. Заваливаюсь назад, ложусь плашмя, раскинув руки. Да что ж за такое?! Удача полностью отвернулась от меня. Шевелю ступнями. Сгибаю колени. Хочется застонать, но переживаю, что кто-то услышит, поэтому приходится закусить губу.
Больше не двигаюсь. Смотрю в небо, усеянное звездами. В стороне полумесяц смеется надо мной улыбкой Чеширского кота. Ну да, вот такая я невезучая. Лежу какое-то время, вслушиваясь в тишину. Вроде бы мое фиаско никто не заметил. Да даже, если бы кто-то пришел за мной, на данный момент мне все равно. Чувствую себя разбитой и уставшей, словно на мне пахали.
Неуклюже переворачиваюсь на бок. Смотрю на оборванную веревку. Нехило я пролетела. Примерно, с двух метров шлепнулась. Опираюсь на руку, кряхтя, поднимаюсь на ноги. В правое бедро отдает ноющая боль. Выжидаю мгновение, когда перед глазами перестают летать птички, делаю шаг и чуть не оседаю обратно на землю. Прикрываю веки. Не знаю, сколько времени проходит, но, возможно, Наташа уже ждет меня. Нужно поторапливаться.
Кое-как ковыляю к воротам. Оглядываюсь на каждом шаге, из-за чего добираюсь до калитки в разы дольше, чем обычно. С жутким, как мне кажется, скрипом распахиваю ее. Наташи пока не видно, но стоит завернуть за угол забора, как чуть не врезаюсь в ее машину. Подруга прячется за рулем. Медленно высовывает голову. Видит меня. Округляет глаза, затем хмурится. Значит, выгляжу я не очень.
Как можно быстрее дохожу до пассажирской дверцы, забираюсь в салон. Вжимаюсь в сиденье. Тело ноет, нога болит. Но в целом, уже легче.
— Почему ты выглядишь так, словно тебя били? — Наташа сужает зеленые глаза. Закусывает пухлую губу.
Ее черные короткие волосы кое-как забраны в низкий хвост. Она одета в спортивные шорты и майку на тонких бретелях. Я по сравнению с ней словно на Северный полюс собралась.
— Я упала, — хриплю.
Наташа хмурится еще сильнее, отчего между бровями образуется холмик.
— Пожалуйста, поехали, — молю ее.
Усилием воли удерживаю себя, чтобы не начать оборачиваться по сторонам. Наташа всматривается в мое лицо. Больше ничего не спрашивает. Заводит двигатель, и мы наконец трогаемся с места. Облегчение накатывает волнами. Кажется, у меня все получилось. Я выбралась из кошмара сегодняшнего дня.
— Так что стряслось? — Наташа смотрит на дорогу перед собой, но ее голос звенит от возмущения.
— Он мне изменил, — выдаю глухо.
На протяжении всего пути рассказываю подруге подробности того, как застала собственного мужа с какой-то бабой. Наташа слушает, не перебивая. У меня же наконец появляется возможность выплеснуть свои эмоции, чем я самозабвенно и занимаюсь.
Мы заворачиваем во двор, вокруг которого стоит четыре невысоких дома. Останавливаемся перед подъездом одного из них. Наташа глушит машину, также молча разворачивается ко мне, притягивает меня за плечи и крепко обнимает. Сначала теряюсь, но спустя мгновение расслабляюсь в ее мягких объятиях. Утыкаюсь лбом в острое плечо подруги. Так и сидим какое-то время. Счастье согревает изнутри. У меня самая лучшая подруга! Никогда не забуду, как она подошла ко мне на первом курсе института, плюхнулась на свободное место за партой и сказала: “Ты мне понравилась. Теперь будем сидеть вместе.” С тех пор мы так и продолжаем соседствовать за одной партой и дружить вне ее пределов.