Теперь я еще и рот раскрываю. Из-за вчерашних событий не могу понять, Артур доброжелателен или издевается. Но, кажется, он вкладывает юмор в свои слова, а не ядовитый сарказм, как мужчины из стриптиз-бара.
— Ага, особенно, вчера, — буркаю.
— О, — Артур немного отклоняется, затем громко смеется. — С характером! Да ты просто настоящий алмаз нашел, дружище, — он смотрит на Диму. В глазах пляшут смешинки. — Красивая и с когтями. Мечта же!
Муж косится на меня. Я же резко опускаю взгляд в пол. Смущение заливает щеки и шею. Мне редко говорили комплименты, поэтому стеснение сковывает тело. Не могу сказать ни слова. Лишь поверхностно соплю как ежик.
— Ладно, об этом позже поговорим, — в голосе Димы проскальзывают металлические нотки. — Есть одно дело…
— Нет, друг, — Артур выставляет перед собой ладони. — Сегодня я пас. День рождения же…
— Это не займет много времени, — чувствую, как от Димы исходит легкий флер напряжения.
Как же он не любит, когда ему отказывают. Закатываю глаза. Дима как маленький ребенок.
— Да, знаю я твое недолго, — вскрикивает Артур. — А потом мы бухие отплясываем в каком-нибудь клубе…ой, — он косится на меня. — Простите, юная леди, больше такого не будет.
Усилием воли удерживаю бесстрастную маску на лице. Сердце больно колет тысячами иголок. «Еще как повторится», — печально думаю про себя.
— Ну что вы.. — Артур наклоняется во мне, видимо, все-таки замечая мое смятение. — Прекрасное соз…
— Станислава, — протягиваю ему руку. — Но буду не против Стаси, — выдавливаю улыбку. — У Димы все мысли заняты делами, даже не представил нас. Видимо, слишком важный вопрос у него к вам, — улыбаюсь Артуру.
Он мягко берет мою ладонь в свою. Усмехается.
— Задорная девчонка, — слегка сжимает руку. — Ну раз вы так говорите, нужно уделить ему пару минут, — сообщает мне доверительным тоном.
Дима рядом выпрямляется еще больше, расправляет плечи. Но единственно, что он делает. Мне же приятно теплое отношение Артура. Меня словно мокрого бездомного котенка погладили на улице. На глаза наворачиваются слезы. Часто моргаю. Не хватает еще разрыдаться.
— Да ладно, чего ты напрягся? — Артур кладет ручищу на плечо мужу, встряхивает его. — Не будем мы дружить против тебя. Правда? — подмигивает мне.
Дима усмехается, качает головой, поворачивает ее в сторону и… вдруг застывает. Его глаза на секунду сужаются, но затем он снова расслабляется. Невольно оборачиваюсь. Пробегаю взглядом по господам в костюмах и дамам в утонченных платьях. Не вижу никого знакомого. Тревога проскальзывает в груди и тут же утихает. Мало ли что там увидел Дима. Хмыкаю. Снова возвращаюсь к мужчинам.
— Так мы идем или нет? — неожиданно напористо спрашивает Дима. Похоже, устал от шуток.
— Ладно, — тянет Артур. — Но только на пятнадцать минут. Я не выдержу долгих разговоров о работе на свой день рождения, — он подходит к Диме, закидывает руку ему за шею. — У тебя молодая красивая жена. Чего тебе неймется?
— Я хочу, чтобы моя… — Дима кидает на меня пристальный взгляд. Сглатываю. Не могу понять, что он хочет мне передать. — … молодая красивая жена жила в достатке и ни в чем не нуждалась.
— Ох, друг, — Артур тоже смотрит на меня. — Ты посмотри, она же с тебя глаз не сводит. Ей не нужен твой достаток. Дари ей больше внимания, а то я уведу.
В очередной раз вытаращиваю глаза. Теряю дар речи. В голову не приходит ни одного колкого возражения. Дима в этот момент резко выворачивается из хватки друга.
— Держи себя в руках, — бросает ему через плечо. Шагает ко мне. На удивление мягко берет меня за плечи. — Мы быстро, — ловит мой взгляд. — Погуляй пока здесь, но так, чтобы я тебя нашел, — его голос немного хрипит. — И не вляпайся за это время ни во что, — цедит полушепотом.
Киваю. Хотя, честно говоря, небольшой мандраж охватывает тело. Переживательно оставаться одной в незнакомом месте с людьми, которых видишь впервые. Дима выискивает что-то в выражении моего лица. Не знаю, находит ли, но в следующее мгновение он убирает руки, и, больше не говоря ни слова, шагает вслед за Артуром. Без присутствия мужчин становится холодно. Дергаюсь, чтобы обнять себя, но, наверное, это будет странно выглядеть.
В одиночестве прогуливаюсь по залу.
Вдоль стен расставлены столы с закусками на круглых белых тарелках: канапе, тарталетки, маленькие бутерброды. Между гостей туда-сюда снуют официанты в красных жилетах и черных брюках. У каждого из них в руках поднос с шампанским. Хватаю один из фужеров. Делаю три больших глотка. Сладковатая жидкость пузырьками лопается на языке. Становится чуть теплее. Не знаю, куда себя деть. На душе как-то уныло и тоскливо. В голову лезут непрошенные мысли, которые не хотят оттуда уходить. Поэтому просто брожу вдоль столов. Съедаю пару канапешек, стараясь заесть грусть. Снимаю зубами с пластмассовой розовой палочки креветку в кляре. Желудок довольно урчит. За весь день я только завтракала.