Мне становится до одури тошно. За что Дима так поступает со мной? Ком распирает горло, не давая вздохнуть. Хочется смыть с себя события последнего получаса. Муж вывалял меня к грязи и продолжает в нее втаптывать. Как бы я его не любила, у меня же есть гордость… должна быть!
— Я хочу развода! — фраза дается с большим трудом. Закусываю щеку. Сильнее зажмуриваюсь.
— Что ты сказала? — тихо произносит Дима. По его голосу слышно, что он в бешенстве.
Распахиваю глаза. Непонятно откуда взявшаяся смелость заставляет меня сесть на кровати. Впиваюсь прямым взглядом в мужа. Громко и четко произношу:
— Я! Хочу! Развестись!
Дима мгновение смотрит на меня, бегает глазами по моему лицу, словно что-то в нем выискивает. Хмыкает. Моргает. Наконец произносит:
— Нет, детка, — растягивает гласные. Наклоняется вперед. — У меня на тебя большие планы! Ты продолжишь быть примерной женой. Родишь мне наследника. Как послушная девочка, будешь печь пироги и встречать меня с работы. И только попробуй дернуться… тебе не понравятся последствия. Ты мое вложение, которое должно приносить хоть какую-то прибыль, так что я собираюсь воспользоваться твоими умениями по полной.
Распахиваю глаза. Хватаю ртом воздух. Не могу поверить, что Дима действительно сказал все этого. Мне же почудилось? Мой муж не настолько жестокий. Все происходит не со мной. Или…
В груди разливается чувство безысходности. Не знаю, что делать дальше. Я растеряна, уязвлена и опустошена. Первая идея — сбежать — вспыхивает ярким огонечком в голове. Но вот только куда? В любом месте Дима найдет меня… и, видимо, притащит обратно, чтобы я играла роль идеальной женушки, пока он будет трахать других баб. Грудь разрывает от обиды и боли. Я в клетке.
— Ненавижу тебя! — выкрикиваю на эмоциях.
— Мы это переживем, — усмехается муж. Его забавляет сложившаяся ситуация. — Ты лучше ляг, отдохни, — он разворачивается, уверенной походкой направляется к выходу. — А завтра, будь добра, веди себя как обычно, — берется за ручку двери, оборачивается. — И если ты все-таки решишь попробовать уйти, то последствия тебе точно не понравятся. Помни, что ты милый ангелок, а не глупая сучка.
На этом он выходит в коридор, спокойно закрыв за собой дверь. Я же остаюсь сидеть на кровати в растрепанных чувствах и с дырой в сердце.
“Сбежать или остаться?”, — единственная мысль крутится у меня в голове.
Глава 5
Какое-то время не двигаюсь. Словно я превратилась в статую. Боль разрывает внутренности. Горло саднит. Взгляд расплывается. Не обращаю внимания на текущие по щекам слезы. Как же так? Почему Дима настолько жестоко со мной поступает? Я, правда, верила, что мы стали семьей. Верила, что у нас все хорошо. А сейчас, услышав мнение мужа по поводу нашего брака, понимаю, что недолгие месяцы жила в иллюзии, выстроенной… моим отцом.
Обида от предательства с новой силой ударяет под дых. Заваливаюсь на кровать. Сворачиваюсь калачиком, обнимаю колени, прижимаю их к груди. Становится немного легче. Закрываю глаза. Невольно вспоминаю наш первый с Димой разговор. Сильнее сжимаю веки до ярких вспышек под веками.
Это было примерно полгода назад. Папа тогда решил устроить ужин, пригласив важного гостя. В тот момент он уже был женат на мачехе — высокой брюнетке с пухлыми губами и большими серыми глазами.
Не смотря на то, что мама умерла, когда мне было пятнадцать, папа долго тянул с новыми отношениями. Он очень страдал без нее. Тяжело пришлось всем, но, кажется, папе было хуже даже, чем мне. Я думала, что он так и останется один, но тут появилась она — Диана. Жизнерадостная, красивая, изначально добрая. Не смотря на разницу в возрасте почти в двадцать лет, они гармонично смотрелись, да и смотрятся до сих пор. Папа для своих лет выглядит отлично: высокий, светловолосый, с ухоженной бородой. Несмотря на то, то он так и не смог восстановиться после горьких событий, из-за чего слишком сильно похудел, все равно остался широкоплечим и коренастым.
Как же я была счастлива, что папа встретил человека, который сможет помочь ему наконец пережить смерть мамы. Вот только сразу после женитьбы милая до этого мачеха зажала меня на кухне и прошипела не хуже змеи, что я в этом доме никто, и как только отучусь, чтобы выметалась отсюда. В тот момент мне было восемнадцать. А дальше начались два кошмарных года моей жизни в родном до этого доме, где каждая частичка напоминала о маме, но пропахла Дианой.