– Так, тебе и надо! Не будешь больше принимать в себя всякую дичь! - Крикнула я остаткам телефона и поняла, что стало легче.
Выдохнула, а потом ещё раз и ещё. И вдруг слёзы после прочитанных смс полились потоком.
Пять смс за несколько часов.
Некоторое время назад, заставить Арса написать мне одно любовное смс, приравнивалось к одному небольшому скандалу.
Он соглашался и писал мне только на ночь или утром. Но и они были скупые на слова и эмоции.
Как будто Арс не желал этого обмена, а я его заставляла.
Теперь было наоборот. Мне не нужны были его смс и сам он был мне не нужен.
Отвернулась и, подсунув под голову подушку, закрыла глаза и попробовала ни о чём не думать.
Но ни о чём не думать, не получилось. В палату вошёл представительный мужчина в белом халате и сложив руки на груди, внимательно на меня посмотрел.
– Ника! Игоревна! И вам не стыдно?
Покачал головой, словно я ребёнок, который нашкодил, съев акварельные краски.
– Валерий Михайлович, - подняла на него глаза и захлопала ресницами, - я не хотела.
– Год назад, ты мне обещала беречь ногу. Допрыгалась стрекоза! Ещё бы немного и ампутировать бы пришлось…
– Что-о-о? - Испугалась я и приподнялась.
– Оперировать, говорю, пришлось бы. Перелом со смещением, пластины, штифты. Радуйся, что это всего лишь сильное растяжение.
– Валерий Михайлович, долго мне здесь находиться?
– Посмотрим, как вести себя будешь? Будешь ли соблюдать постельный режим, принимать все лекарства, назначенные мной?
– Буду! - Подняла руку. - Клянусь.
– Нарушать и сбегать не будешь, как в прошлый раз?
– Не буду!
– Ну хорошо. Посмотрим, до конца недели.
– Спасибо. - Ответила я и увидела, входящую ко мне маму с костылём.
– Доктор, - обратилась она к лечащему врачу, - можно Нике гулять по территории больницы с костылём.
– Нет! Ещё рано. Она после операции. Дня через два-три.
– Спасибо доктор. - Сложила руки в молитвенном жесте и поблагодарила Валерия Михайловича, что избавил меня от ужасных костылей.
Мама предусмотрительно поставила костыль у двери и присела ко мне.
– Дочка, к тебе посетитель.
Глава 14.Арсений
Закрываю дверь машины и отхожу в сторону. Смотрю, как МОЮ жену на МОЕЙ машине увозит от меня МОЙ тесть.
Скриплю от злости зубами, но сделать ничего не могу. Я сам виноват в том, что случилось. Сам виноват, самому и расхлёбывать.
Сжимаю кулаки и направляюсь в сторону дома. Убью эту дрянь и плевать на то, что сяду. Терять мне больше нечего. Нику, кажется, я только что потерял.
Смотрю по сторонам и вижу, как в части дома родителей жены, в гостиной зажигается свет.
– Только этого не хватало. Вот свидетели мне точно не нужны. - Останавливаюсь, не зная, что делать дальше? Желание убить Зою не спадает.
Вижу, как на веранде появляется тёща. С заспанными глазами и помятым лицом. Вот это она спать? Всё веселье пропустила. С моей жуткой бессонницей, я завидую ей белой завистью.
– Арсений?! Что ты делаешь на улице в такой час? - Громко зевает и потягивается.
– Хороший вопрос. Но, наверно, я не смогу на него ответить. - Разворачиваюсь и иду в сторону своей части дома.
– Зятёк, а ты не знаешь, куда подевался мой муж? Проснулась от какого-то дичайшего крика. Подумала, что приснилось. Открываю глаза, а Игорька под боком нет.
– Вам не приснилось. - Поворачиваюсь к тёще и медленно опускаю руки. - Крики были и падение с лестницы тоже.
– Что? - Тёща бледнеет на глазах и садиться в кресло, чтобы не упасть. - Кто упал? Ника?
Я киваю и быстрым шагом подхожу к ней.
– Но всё нормально. Отец повёз её в больницу.
Тёща зажимает ладонями рот и шумно дышит.
– Ника в порядке. Не волнуйтесь.
– Но что случилось? Расскажи мне. - Берёт меня за руку и сжимает. И я чувствую, что недостоин сейчас даже элементарного пожатия близкого человека. Если, она узнает, из-за чего упала её дочь, она меня убьёт прямо тут, а потом возьмёт лопату и закапает на участке. И это будет правильно. Наверно я бы сам с собой так сделал, потому что заслужил.
– Я не могу. - Отворачиваюсь и давлю большим и указательным пальцем себе на глаза. Чувствую давление и боль, но решение проблемы не вижу. Передо мной сидит женщина, дочери которой я изменил и признаться ей в этом, у меня не хватает сил. Я просто трус. Жалкое подобие человека.
– Моя сестрёнка заявилась ко мне в комнату…, - слышу я голос Зои и открываю глаза, а она специально замолчала и смотрит на меня. Ждёт от меня хоть какой-нибудь реакции. Но я не двигаюсь, только громко дышу.