– Что именно, Рамиэль? – спросила я, готовая к любому ответу.
Он смотрел на меня, и в его глазах было столько серьезности и решимости, что я поняла, что то, что он собирается сказать, очень важно для нас обоих.
Глава 8
– Алия, – Рамиэль начал свой рассказ, взяв мои руки в свои и смотря мне прямо в глаза. – Мы должны изменить нашу тактику. Скрытность и изоляция больше не работают. Я думаю, нам нужно выйти в свет.
Я была ошарашена. Светские вечеринки, балы, походы в театры – всё это было мне чуждо. Я всегда держалась подальше от этого.
– Рамиэль, ты еб…, ты сума сошёл, это опасно, – возразила я, кое как сдерживая эмоции, но он покачал головой.
– Да, это опасно, – согласился он. – Но ещё опаснее оставаться в тени, пока наши враги подбираются к нам. У нас нет другого выбора.
– Нет, нет и нет, ты хочешь рискнуть мной и нашим ребёнком, ради чего?
– Ради нашего будущего, Алия, – отвечает он, голос его уверен и твёрд. – Если мы не примем это рискованное решение, наши враги получат возможность нанести удар, когда мы будем наименее готовы. Мы должны действовать, чтобы защитить нашего ребёнка и нашу жизнь вместе.
– А что если меня снова похитят или вообще убьют, ты подумал об этом?! – Выкрикиваю я, уже не в силах сдержать эмоции.
– Алия, – сказал он, беря меня за руки и смотря прямо в глаза. – Я обдумал все риски. И я обещаю, что буду делать все возможное, чтобы тебя защитить, к тебе будет приставлена личная охрана. Мои враги уже знают о тебе, и они не остановятся, пока мы не противостоим им.
– Но Рамиэль... – я попыталась вставить слово, но он перебил меня.
– Я знаю, что это непросто. Вместе мы сможем преодолеть это. Я не позволю никому повредить тебя или нашего ребёнку. Ты можешь мне верить.
– Ты не понимаешь? Я боюсь, сильно боюсь и не понимаю почему мы не можем просто тихо здесь жить. Мне не нужны все эти дворцовые интриги или чем вы там ещё занимаетесь.
Моя душа была в напряжении от представления о том, что может произойти. Страх охватывал меня с ног до головы, по моему телу пробежал холодок. Вспоминалось та ночь, когда меня похитили. Та боль и бессилие, когда я осознала, что у меня нет контроля над собственной жизнью.
Я смотрела на Рамиэля, он казался мне таким сильным и непобедимым, но в тот момент, когда меня похитили, он был вне досягаемости. Я не могла отделаться от мысли, что это может произойти снова. И что если в следующий раз он не успеет?
– Но что, если ты ошибаешься? – прошептала я. – Что, если все это только усугубит ситуацию?
– Вероятность ошибки всегда есть, – признал Рамиэль, но его голос не колебался. – Однако, мы должны играть на опережение. Если мы останемся в тени, наши враги будут действовать безнаказанно. Мы должны выйти на свет, показать им, что мы не боимся и что мы готовы к борьбе.
– ВЕРОЯТНОСТЬ ОШИБКИ! – повторила я его слова, не веря своим ушам. – Рамиэль, это не просто игра, это наши жизни. Я не могу допустить, чтобы с нашим ребёнком что-то случилось из-за этой... этой... "вероятности ошибки"!
– Алия, – произнёс он, и в его голосе звучала сталь, которую я ещё не слышала. – Я знаю, что это непросто. Я знаю, что ты боишься. Но давай вспомним, почему мы здесь.
– Почему мы здесь, Рамиэль? Потому что ты изменял мне с Эмилией, и именно она меня похитила! – Взорвалась я потоком слов из обид и страхов. – Именно из-за твоих решений мы здесь!
Его лицо на мгновение омрачилось, и в его глазах появилась тень прошлого.
– Алия... – начал он, но я перебила его.
– Что "Алия". Это твоя вина, Рамиэль. Ты причинил мне боль, изменял мне с этой ведьмой, и теперь хочешь, чтобы я рисковала собой и нашим ребенком? Почему я должна тебе верить? Ты промахнулся с Эмилией, и теперь хочешь промахнуться и с нами?
В его глазах появилась боль, и он попытался сказать что-то, но я продолжила.
– Рамиэль, я боюсь не только за себя, но и за нашего ребёнка. Я боюсь, что ты можешь причинить нам боль так же, как причинил её мне. Ты обещал защитить меня, ты уже обещал быть мне верным у алтаря, и мы оба знаем, как это всё закончилось.
Судя по выражению лица, с Рамиэлем ещё никто так не разговаривал.
Его лицо застыло, как будто я ударила его. Я видела, как его губы пересохли, и он несколько раз открывал и закрывал рот, пытаясь найти слова.
– Алия, – наконец произнёс он, и его голос звучал сдавленно. – Я не собираюсь оправдываться за то, что случилось с Эмилией.Но я тебя люблю. Я действительно хочу защитить тебя и нашего ребёнка.