— Я слушаю Вас, Виктор Владимирович.
— Благодарю, Захар Алексеевич. Я хотел сегодня предло…
Очевидно, он хотел сказать “предложить”, но его слова повисли в воздухе, так как дверь в конференц-зал открылась, и вошло яркое пятно. Твою мать!
— Доброе утро, прошу прощения за опоздание. Меня зовут Валерия Ковалёва… эм… Валерия Денисовна Ковалёва, — мило улыбнулась всем она, скользнув по мне мимолётным взглядом.
Сидящие за круглым столом оторвались от своих планшетов, повернув головы в сторону вошедшей. Тем временем я пристальным взглядом рассматривал её внешний вид: чёрные туфли на неприлично высоком каблуке, облегающие красного цвета брюки открывают стройные лодыжки, белая блузка с короткими рукавами слишком подчеркивает форму груди, обрисовывая очертания бюстгальтера, я даже на расстоянии это вижу. Как мужчина, не мог не обратить внимание, что дочь Ковалёва хорошо сложена. Одним словом — пигалица. Раздувая ноздри, пытаюсь загасить нарастающую злость. Поднял тяжёлый взгляд к её лицу и пробасил:
— Вы опоздали.
Сотрудники повторили движение головой, только уже обратив своё внимание в мою сторону.
— О… Прошу меня простить за опоздание.
Приподняв светлые брови, смотрит на меня, кокетливо держа на изгибе локтя свой кардиган и стильную сумку.
— Я попала в пробку, к сожалению, так случилось…
— Случается только с теми, у кого непрофессиональное отношение к своему делу, — говорю, не спуская с неё взгляда.
— Я не виновата, что в городе с утра такое интенсивное движение, не знала, что так выйдет, и уже извинилась за опоздание. Куда могу присесть? — обводит взглядом зал в поисках удобного для себя места.
Не дождавшись ответа, она молча прошла и села в свободное кресло рядом со мной.
— И знаете что! — говорит мне вполголоса, вешая на спинку свой кардиган. — Я не на ваш работник, не нужно со мной так разговаривать, — обращает, наконец, на меня своё внимание.
— Хм, конечно, и Вам очень повезло, иначе были бы уже уволены.
— Ну и замечательно, что мы всё выяснили. Может, всё же представите меня? — и вздёрнув брови, одарила пристальным взглядом.
— Уважаемые сотрудники, дама, которая сегодня сорвала нашу важную планёрку, является держателем сорока процентов акций и по совместительству моим партнёром.
У всех собравшихся вытянулись лица. И я их очень понимаю. Вряд ли они за свой долгий трудовой стаж могли представить, что акционером крупного завода станет двадцатишестилетняя девушка, не проработавшая за свою жизнь ни единого дня.
— Мне очень приятно со всеми познакомиться, — начала свою речь Ковалёва, встав с места. — Благодарю своих деда и отца, которые доверили мне такой бизнес как ЗАО “Пивзавод”. Я приложу все свои усилия, чтобы оправдать их и ваше доверие.
Послышались лёгкие, одобряющие аплодисменты. А вот лица собравшихся по-прежнему пребывали в шоке. Разумеется, мне всё это не нравилось, но «речь» в пару предложений оказалась вполне сносной, и что-то подсказывает мне, что пигалица не захочет продать перешедшие ей акции, которыми я так одержим.
— Что ж, можем приступать, — присев, обратилась она ко мне и достала из сумки розовый планшет и стилус.* Мать твою-ю… Он весь в стразах. «Ну и в чём я был неправ?» — мысленно задал себе вопрос, а вслух произнёс, обращаясь к начальникам отделов:
— Расходитесь по своим рабочим местам, наше несостоявшееся совещание затянулось.
Раздался скрежет кресел, все разом начали вставать и, желая мне хорошего трудового дня, покидали конференц-зал. Глядя им вслед, я со вздохом мысленно сказал себе: «Хорошим он уже вряд ли будет». Как только закрылась дверь за последним человеком, повернулся к пигалице. Она смотрела в чёрный экран планшета, сжав в ладони стилус. Нервничает. Может, это и к лучшему: во мне ещё теплится надежда, и я решаю сделать ей предложение в лобовую.
— Эм.. — как там её звать? Вера… Лена…
— Валерия Денисовна, — пришла Ковалёва мне на помощь, продолжая гипнотизировать выключенный планшет.
— Да, Валерия Денисовна, у нас как-то с самого начала не заладилось.
— Хм, — усмехнулась пигалица, удостоив-таки меня своим взглядом. — И Вы заметили? — произнесла с сарказмом.
Я нахмурил брови:
— Заметил.
— Это потому что я слишком молодая? — выпучила на меня свои глаза с лисьим разрезом. — Или потому что женщина? А может, и то, и другое?
Краски стали сгущаться…
— Да. А ещё потому, что Вы заносчивая, — ответил, глядя на неё хмуро.
— Ну разумеется, рядом с таким-то ангелом я просто ад кромешный.