— А ты имеешь право две недели подряд долбить мой мозг, а потом являться на совещание как ни в чём не бывало в этих порнографических нарядах и снова поселиться в моей голове?
— В каких ещё порнограф… наря.. дах? — стало сложнее дышать, потому что Захар буквально пригвоздил меня своим телом и говорил в миллиметре от моих губ. — Это силуэтное платье, почти до колен.
— Да-да, и почти все заметили, насколько оно хорошо смотрится на твоей пятой точке.
— Я никому не позволяю вмешиваться в мой внешний вид, а тебе тем более — ты мне никто.
— Ну раз так, чего же тогда дрожишь?
— Просто мне неприятно, когда на меня напирают, — я ловила воздух через каждое слово, мне катастрофически его не хватало.
— Ты вспотела, это возбуждение. Просто признай, что хочешь меня так же, как хочу тебя я, — Власов говорил сквозь зубы, напирая твёрдым пахом. От этого движения у меня запульсировал клитор. Но признаваться, что он прав на сто процентов, не хотела.
— Нет… это всё твоя бурная фантазия и только … — я облизала пересохшие губы. — Прошлый раз, то, что случилось на корпоративе, было ошибкой, мы оба перебрали со спиртным.
Усмешка Власова сквозь зубы говорила сама за себя.
— А если я потрогаю твои трусики? — и вклинил колено между моих ног.
— Власов, ты самый вульгарный хам из всех, кого я когда-либо встречала!
— И заметь, что ты страстно хочешь этого хама, — его рука медленно скользит по моей ноге, я замираю, потому что готова сдаться этому большому и сильному мужчине.
— Ковалёва, ты… — его пальцы юркнули пол моё белье, раздвигая влажные складочки, я задрожала ещё больше, — обманщица.
Последнее, что я помню, это то, как он отпустил мои запястья, и мы вцепились друг в друга, срываясь в пропасть, название которой страсть. Меня никогда ещё ни к одному мужчине так не тянуло, как к Власову. Что это — любовь или обычная похоть?
Захар
Меня ведёт на этой женщине. Две недели она не появлялась в офисе, не присутствовала ни на одном совещании и на завод не приходила. И всё это время Ковалёва не выходила из моей головы. Даже одноразовые связи не помогли. Чем она меня взяла… ну чем? У неё длинный язык — я ей слово, а в ответ уже целая фраза вылетает из красивого рта, который хочется целовать и ласкать языком. Иногда так и тянет её придушить за это. А сегодня, после двухнедельного перерыва, пришла как ни в чём не бывало, и в таком платье, что глаза сами прилипают к её фигуре. Демонстративно села в конце стола, делая вид, что не замечает моего присутствия, однако алые щёчки выдавали те чувства, которые Лера так старательно пыталась скрыть от меня. И быстро ушла, как только совещание было завершено, но как она уходила, стерва… Виляя бёдрами и чеканя каждый шаг, вбивая шпильки в плитку конференц-зала. Знала, что буду провожать её взглядом, и всё для этого сделала. Эта женщина окончательно подорвала мою нервную систему. Я и полдня не продержался, зная, что Ковалёва сидит у себя, напротив моего кабинета, как обычно, зарывшись в документах.
****
Выдохлись от споров и множества сказанных слов. Валерия вцепилась в мои волосы, а я — в её стройные бёдра, нисколько не заботясь о том, что оставлю синяки на нежной коже. Кусая губы взахлёб, мы целовали друг друга так же ненасытно, как влюблённые после длительной разлуки. Что из этого было правдой, трудно сказать, но то, что эта женщина меня сводит с ума во всех смыслах, это факт! Подхватил её под сочные ягодицы, она тут же обвила мои бёдра, сцепив ноги в замок, скинув на ходу туфли. Я сделал несколько шагов, пока не достиг стола, на который усадил Леру. Быстро вжикнув молнией брюк, освободил твёрдый член. Задрав её платье до бёдер, сдвинул влажную полоску белья и со стоном облегчения ворвался в желанное лоно.
— Захар… Захар… ноутбук, — сказала Лера между толчками.
— Чё-ёрт с ним, не могу оторваться от тебя, ты такая горячая.
— А-ах-х… ещё, ещё.
— Тебя что, не трахает твой блондин? Ты такая узкая.
— Заткнись! — прорычала она сквозь зубы, сверкнув на меня глазами.
Я усмехнулся и склонился ближе к её лицу, уперев в стол ладони над её головой, смотрел в серые глаза так же, как она в мои, и трахал, жёстко вбиваясь. Лера упиралась пятками мне в ягодицы, притягивая ближе. Прерывистое дыхание и пошлые чвакающие звуки были слышны в тишине, эмоции бушевали. Я следил за тем, как расширяются её зрачки, и интенсивно работал бёдрами до тех пор, пока не почувствовал, как Валерия задрожала, кончая и сжимаясь кольцом вокруг члена. Широко открыв рот, с шумом глотнула кислород и с искажённым страстью лицом застыла на мне взглядом. Медленно запустив язык, облизал каждый уголок её открытого рта и через несколько толчков достиг кульминации — излился, не выходя из горячего лона Леры…