— Ты очень красивая, — сказал я.
— Скажи ещё, — то ли этот ублюдок никогда ей не говорил, что она красавица, то ли ей хотелось услышать это от меня.
— Самая красивая… — шептал между толчками, — самая желанная… я даже в своих снах трахаю тебя.
— Боже-е… ты точно сумасшедший, — улыбнулась она и облизала пересохшие губы.
Скинул ножки с плеч и, нависая над её телом, сидя на икрах в сантиметре от лица Леры, тихо произнёс, двигаясь в её тугом лоне:
— Из-за тебя-я. Ты стала моим наваждением, это точно любовь, теперь я верю. Ведь говорят, что все влюблённые готовы на сумасшествие и несут чушь… вот как я сейчас.
— Мне нравится твоё сумасшествие, — обхватив ногами мою талию, упёрлась пяточками в мои крепкие ягодицы. — Знаешь, вот здесь, рядом с тобой, я чувствую себя настоящей… ты не поймёшь, просто поверь.
Но я понял, прекрасно всё понял.
— Я верю, — ответил ей.
Глава 26. Захар/Валерия
Захар
Я готовил омлет, стоя на кухне в одних джинсах, а Лера сидела за столом, подогнув одну ногу в колене, и отрывала по кусочку ветчину.
— Лер, вот, держи телефон, выбери себе одежду через курьера. Мы потом с тобой поедем ко мне.
— Ты всё-таки решил, что я поеду?
— Я думал, что мы оба решили. Разве нет? — посыпая специями омлет, я улыбался, стоя к ней спиной, а она молчала, переваривая сказанное мной. Схитрил, признаю, но зато теперь Лера думает, что это мы вместе решили. Этот приём я как раз позаимствовал у женщин.
— Да, точно.
— Ну и хорошо, — разложив по тарелкам блюдо, поставил на стол, добавил заранее нашинкованный овощной салат и кофе.
— Спасибо.
— Пожалуйста. Заказала?
— Да, почти, сейчас только оформить осталось. Всё, в течение двух часов доставят.
— Приятного аппетита, Лер.
— Спасибо, и тебе.
Посмотрел на неё, нарезая на кусочки столовыми приборами омлет.
— Что? — так же орудуя приборами над своим блюдом, поинтересовалась она.
— Мне интересно за тобой наблюдать.
— Сожалеешь о сказанном в постели?
— Нет. Как чувствовал, о том и сказал. Я не двадцатилетний пацан, который меняет девочек как перчатки.
— Мм… ну по крайней мере, я теперь знаю, каким бабником ты был в двадцатилетнем возрасте.
Я посмеялся над её шуткой, и мы продолжили завтракать.
— Как приедем ко мне, я тебе компресс поставлю.
— Компресс?
— Угу, на шею, а на бедро мазь нанесу.
— Захар, ты что, не нужно, — попыталась сопротивляться Лера, а я поднял голову от тарелки и, медленно прожёвывая, пытался прочесть мысли в серых глазах.
— Позволь с тобой не согласиться.
— Знаешь, а ведь и ты изменился.
— Да? И как же? — полюбопытствовал я и сделал глоток кофе.
— Тоже стал пушистым.
— Надо же.
— Представь себе.
— Переезжай ко мне, Лер, — после этих слов она замерла на мне взглядом. — Что такое? Шокировал?
— Немного.
— Тогда ты подумай над моим предложением. Скажу, что я не жил никогда под одной крышей с женщиной.
— Да? — удивилась она.
— Но это не означает, что у меня не было девушек, с кем я был в отношениях.
— Ну слава Богу, отлегло. Если захочу послушать про твоих бывших, куплю попкорн.
— Договорились, язвочка, — усмехнулся я.
Тут она случайно задевает кружку с кофе, и он разливается на столе. Валерия вскакивает.
— Ой! Прости, я не хотела! — засуетилась.
— Успокойся, это всего лишь кофе, ничего не случилось, Лер, — я встал, — сядь, пожалуйста, обратно, я сам вытру и сделаю ещё кофе.
Лера заправила нервно волосы за уши.
— Да… наверное. Но позволь, я сама протру.
— Не нужно, я сам…
Валерия
Через два часа доставили мне одежду — молочного цвета облегающее платье до колена и под горло, с полностью открытыми руками, и сандалии на высоком каблуке.
Мы спустились вниз, во двор, где Захар припарковал свой мерс. Немного сдвинула на задний план вчерашний вечер, не хочу думать о Никите. «Всё, его больше нет в моей жизни, хватит думать о нём, — мысленно осекла себя, — теперь я буду думать исключительно только о себе».
— Ты чего притихла? — приобнял меня за плечи Захар. — Не переживай, выбрось всё из головы, я не позволю кому бы то ни было обидеть мою девочку. Пусть сначала попробуют обидеть меня, я любого в бараний рог скручу.
Мне польстили его слова, сердечко ёкнуло и в животе бабочки запорхали, но виду не подала.
— Очень самонадеянно, Захар Алексеевич! — вздёрнула на него брови.
— Только так, Валерия Денисовна, — парировал он мне.
Свою машину я оставила на паркинге, а мы сели в его автомобиль и отправились к Захару в дом.