— Так что? Никто не хочет мне объяснить, что тут происходит? — она высокомерно приподняла одну бровь, всем своим видом демонстрируя, что ждет пояснений.
Первым отмер Алексей. Он оттолкнул со своего пути мешающую Катю и подошел к ней.
— Пойдем отсюда, — почти приказ.
Только Юля была не в настроении для подчинения.
— Милый, так ведь мне так и не рассказали что-то очень важное, — напомнила она, а Лёшка сжал зубы. Ей даже показалось, что она слышит их скрежет.
— Ничего она тебе не скажет, потому что говорить она может лишь полную чушь, — рыкнул Остроумов, хватая её за локоть, явно собираясь при необходимости вывести Юлю из помещения силой.
— Чушь? — задохнулась от ярости Панова. — Ты называешь мою беременность чушью?
Воцарилась тишина. Пугающая такая, немного нервная. И почему-то все на Юлю смотрели, кроме Алексея, который сделал шаг к Кате с явно недобрыми намерениями. Та в свою очередь сделала шаг назад, но смотрела на Юлия, явно ожидая её реакции. Панова была в нетерпении, ведь она выложила свой главный козырь.
Как реагирует по подобные новости нормальная женщина, услышав подобное? Предсказуемая реакция — слезы, выяснения отношений, ругань, уход с гордо поднятой головой. Катя скорее всего думала также, от того в отчаянии и разыграла эту карту, ведь Остроумов новости о беременности явно не обрадовался. Отчаянно пыталась повлиять на ситуации, устранив главную преграду на ее пути. Почему-то любовницы часто считают, что именно жена мешает им быть вместе, признать ребенка и всё в подобном духе. В их ограниченном мозгу почему-то не шевелится мысль, что мужчина сам выбирает, с кем ему быть. Какой бы хорошей не являлась жена, она его не удержит, если тот не любит её, а уход из семьи вовсе не означает, что он тут же совьет ячейку общества с любовницей. Про ребенка вообще разговор отдельный. Если мужик не хочет его появления, то уже вряд ли будет любить его в будущем. Имеются, конечно, исключения, но они скорее доказывают основное правило. Единственное, что можно выбить, это алименты, хотя для некоторых девиц деньги являются главным двигателем личной жизни.
— Вас поздравить с будущим материнством? — поинтересовалась Остроумова, положив на локоть мужа руку и удерживая его. Если он прибьет слишком ретивую сотрудницу, то его посадят, будет долгое разбирательство, а Лёша себе жизнь сломает. Что бы там ни было, Юля этого мужчину любила и не желала ему такой участи, поэтому и удерживала. — Что же, поздравляю. И скоро вам в декрет?
Еле заметная улыбка, ничего не выражающее лицо, равнодушный взгляд. Ничего не выражало того, какое землетрясение происходило внутри Остроумовой. Ей было больно. Очень больно, но она не даст этой твари стать свидетелем своей агонии. Никогда. В глазах соперницы лучше быть стервой первостатейной, чем бесхребетной размазней. Стерв хотя бы уважают и побаиваются, от них и прилететь отместка может, в отличие от ноющий и размазывающих сопли дам.
Катенька нахмурилась, занервничала. Ситуация складывалась не по ее сценарию, в другого плана у неё не было.
— Вы, наверное, не поняли меня, — Панова переступила с ноги на ногу. — Я беременна от вашего мужа. В одной из командировок у нас начался роман, ну я и залетела случайно…
Ага, случайно. Как бы ни так. Такая же случайность, как и попытка сбить её с ног. Эта Катя действительно считала всех вокруг идиотами, которых легко обмануть? Похоже на то…
Алексей дернулся к той, что возможно носила под сердцем его ребенка и прорычал:
— Рот закрыла! Никакого романа у нас не было, только в твоем воспаленном мозгу, — рявкнул он. — С завтрашнего дня ты не работаешь в фирме!
— Вы не имеете права! — вскинулась та уверенно. — По закону нельзя увольнять беременных женщин!
— Сама уволишься, — нехорошим таким тоном произнес мужчина, — иначе твое существование здесь превратить в кромешный ад. Думаешь, у меня нет возможностей максимально усложнить тебе жизнь? Завтра, чтобы сама уволилась, иначе последствия тебе не понравятся!
— Но ребенок, — растерялась та. Похоже, в ее голове никак не укладывался тот факт, что наличие беременности не волнует никого, кроме нее самой. — Юлия, вы же женщина! Вы должны понимать, что так нельзя!
Кажется, любовница мужа пыталась найти поддержку у его жены. Вот те номер. Наглость данной мадам поражала, даже в какой-то степени восхищала. Сама Юля никогда не была настолько наглой, всегда добивалась своего иными методами.