Он повел меня к постели, усаживая на нее. Не было никаких сил сопротивляться.
— Куда-нибудь подальше от тебя.
— Мариш, ну прости меня, — нежно взял меня за руку, но я ее убрала. — Я правда не хотел тебе изменять. Я не знаю, как это получилось. Совсем ничего не помню из той ночи.
— Это не отменяет того факта, что ты это сделал и то, что эта тварь беременна.
— Я же говорил, что ребенок может быть и не моим.
— А что дальше-то? — вспыхиваю. — Окажется он не твоим, что дальше? Хочешь, чтобы мы и дальше жили как ни в чем не бывало? Думаешь, переспал с моей лучшей подругой, и я тебе это спокойно прошу? Ни за что! Больше ты для меня не существуешь!
Он сощурил глаза и, устало вздыхая, поднялся и собирался уйти.
— Поговорим позже, когда успокоишься, — говорит он. — Хорошенько отдохни и выспись. Спокойной ночи.
Он уже переступил порог комнаты, но я его окликнула, останавливая. Витя обернулся с надеждой во взгляде. Видимо, подумал, что я простила его и жду с распростёртыми объятьями.
Ага, щас! Не будет этого!
— Завтра в кофейне проверка, поэтому я должна там присутствовать, — соврала ему.
— Хорошо.
После этого он вышел, оставив меня в полном одиночестве.
Взяла телефон и написала папе с просьбой встретиться завтра в обед. Получив согласие, хорошенько взбила подушку и легла спать.
***
На следующее утро меня очень тошнит. Любая еда вызывает у меня рвотный рефлекс.
Даже мои любимые тосты с авокадо, которые для меня заботливо приготовил повар, были омерзительны.
Так ничем и не позавтракав, собралась и ближе к обеду вышла из дома.
Подъехала к кофейне и, зайдя внутрь, увидела там отвратительнейшую крысу, что сидела за барной стойкой и мило щебетала с баристой, поглощая какую-то еду.
Алина была моей лучшей подругой с самого детства. Она поддерживала меня во всем, всегда выслушивала, давала советы и готова была прибежать на помощь в любой момент.
Так как для меня она буквально родной человек, я как-то сказала, что она может питаться в моем кафе абсолютно бесплатно. Заказывала она просто кофе или все блюда из меню — за это она не платила.
Все работники ее знают, ведь она приходит сюда почти каждый день. Относятся к ней с уважением и дружелюбием.
Но так больше продолжаться не будет.
Злость вспыхнула во мне, как только увидела эту стерву. Шалава, что прикидывалась лучшей подругой, но в итоге, переспала с моим мужем.
Подошла к ней, уничтожительно смотря. Она тут же меня заметила и прекратила есть. Нарочито с сожалением улыбнулась и вздохнула.
— Машунь, ты прости меня за это! — говорит она и тянется ко мне, чтобы обнять, но я ее отталкиваю. — Просто твой муж сам ко мне полез, такой настырный был, лапать меня начал. Ну что я могу сделать против огромного мужика?
— Как у тебя только совести хватило заявиться сюда после того, что ты натворила? — цежу я, сдерживая бурлящуюся во мне ярость.
— Маш, ну я же говорю, что не специально! Он сам ко мне полез! — всплескивает руками. — Ну ладно тебе обижаться! Подумаешь, переспали разок. Тем более, что мужикам одной женщины на всю жизнь мало. Они устают от этого, понимаешь? Им нужно разнообразить свои постельные утехи!
— Что ты вообще несёшь?
— Но ты не переживай. Ваш брак я разрушать не буду! Рожу ребенка для себя, буду позволять вам видеться с ним. Всё-таки мы с тобой подруги, я не могу так подло с тобой поступить, — говорит она полную чушь. — Да и тем более Виктор так хотел наследника, а у тебя все не получается. Может, он увидит нашего с ним ребенка и успокоится.
Ошарашенно смотрю на Алину, не в силах поверить, что она была моим одним из самых родных людей. С ней прошли мои детство, отрочество и юность. Я рассказывала все свои секреты ей, безоговорочно доверяя.
А теперь она стоит и говорит, что не сделала ничего плохо. Даже наоборот, помогла мне.
— Пошла вон отсюда, — прошипела я. — И чтобы больше в данном заведении не появлялась. Тебя сюда в следующий раз никто не пустит.