– Дашунь, нам пора, – строго предупреждаю девочку, принимая ее от спасителя.
Злюсь на себя за то, что позволила какому–то мужлану вторгнуться в мое личное пространство, всколыхнуть что–то давно забытое и абсолютно ненужное, посягнуть на внимание моей дочери.
Получив дочь, сразу увеличиваю между нами дистанцию.
Не спуская кровиночку с рук, поспешно закидываю за спину рюкзачок, проверяю, все ли свое забрала со стола. Дашка то ли испугалась, то ли расстроилась – притихла, только глазенками своими огромными хлопает.
– До свидания, – чувствуя себя неудобно, прощаюсь сразу со всеми и трусливо сбегаю из кафе.
Быстрым шагом удаляюсь от заведения. Чуть подкинув дочку вверх, как это делал «красивый дяденька», устраиваю ее удобнее на локте. От нее пахнет мужским парфюмом. Невольно дышу полной грудью, максимально заполняя легкие чужим ароматом. Давно меня не волновали мужские запахи. После Леонида – ни разу.
Даша, уткнувшись подбородком мне в плечо, смотрит назад. Ручка, что обнимала мою шею, подлетела – машет кому–то «пока–пока».
Оглядываюсь. Тот мужчина стоит на крыльце. Разговаривая по телефону, смотрит нам вслед и свободной рукой тоже машет Дашке.
Мне так стыдно за инцидент в кафе! Моя материнская самооценка потерпела крах. Я не уследила за дочерью!
Страшно представить, какие могли быть последствия, не среагируй тот мужчина. Еще и защищал нас, вместо того, чтобы укорить или пристыдить меня, нерадивую мать.
Надеюсь, больше с «красивым дяденькой» не встретимся. Не представляю, как смогу смотреть ему в глаза.
И в кафе это тоже больше ни ногой.
И глаз с дочери не спущу. Один единственный раз засмотрелась на противоположный пол и едва не поплатилась здоровьем дочки.
До сих пор потряхивает.
Скрываюсь за первым поворотом, лишь бы «потеряться» из вида незнакомца. Теперь до парка придется сделать петлю.
Зато никто не будет прожигать мой зад горящим взглядом!
21. Ничего выдающегося
21. Ничего выдающегося
– Так и сказала? – лучшая подруга хохочет в трубку. Так громко, что приходится телефон отвести в сторону от уха, чтобы не оглохнуть. – Попроси этого красивого дяденьку стать вашим папой?
Это самое важное из всего моего рассказа? А падение крестницы со стула? А ее чудесное спасение? А приглашение незнакомого мужика кормить вместе уточек?
Нет, Юлькины уши это не слышали. А вот про папу – да.
– Примерно так, – зажав телефон плечом, протираю стол от крошек. Даша ела перед сном печенье с молоком, накрошила.
– Обалдеть! А ты?
– А что я? – спрашиваю беспечно, не понимая, чего так трепещется и кувыркается в груди снова разволновавшееся сердце. Наверное от того, что рассказывая Юльке про дочку, снова переживаю случившийся ужас.
– Воспользовалась советом дочери? Сделала предложение красавчику?
– Юля, ты в своем уме? – перехожу на шепот, когда на цыпочках крадусь к двери и подглядываю в щелочку.
В свете ночника вижу очертания маленькой девочки.
Даша спит в обнимку с любимой Гусей. Белокурые волосики рассыпались по подушке.
Ангелочек мой, – заполняется нежностью грудь.
Поначалу дочь расстроилась, что мы сбежали из кафе, отказывалась принять мои объяснения, почему не стоит общаться с незнакомыми людьми.
Маленькая еще, не понимает.
К счастью, в парке уточки быстро завладели вниманием моей крохи и инцидент в кафе очень скоро забылся. Эти прожорливые птички умотали Дашку так, что едва голова моей девочки коснулась подушки, как ее сморил сладкий сон.
Возвращаюсь в кухню, наливаю себе чай. Завтра еще один свободный выходной, а с понедельника у дочки детский сад, у меня – ремонт, поэтому позволяю себе немного спокойного одиночества.
– Расскажи хоть, как выглядел несостоявшийся папаша? – не унимается Жданова. – Хорош собой?
– Обычный.
Не расписывать же детально мужскую фигуру и лицо. Достаточно того, что Даша его назвала красивым. А он, зараза, действительно красивый, глаз не оторвать. Как вспомню взгляд синих глаз и руки сильные, сразу мурашки бегут по коже.
В парке без конца взглядом кружила – вдруг придет? Что делать тогда? Что говорить? Я же поблагодарила его за Дашино спасение? Да или нет? О–о, я не помню!
– Ну хоть что–то отличительное есть? – продолжает выпытывать кума. – Часы, может, дорогие или телефон?