Карим, конечно же, этого не заметил.
Он раздевает меня догола, снимает рубашку, целует мои плечи, грудь, живот. Впивается пальцами в бедра, урчит, как голодный хищник.
Меня тошнит.
От этих ласк, от переизбытка эмоций. От этой гребаной жизни, которая просто уничтожает меня.
Карим не выпустит меня, я уверена в этом. Мне плохо. Очень. Все, что мне остается, — это дотянуться до вазы и донести ее до рта, вывернуть туда все содержимое собственного желудка.
Муж на секунду замирает, а после, опомнившись, собирает мои волосы.
Силы покидают меня. Я просто ставлю вазу на пол и замираю в этой позе, свисая с кровати головой вниз.
Карим подхватывает меня на руки и несет в ванную комнату при спальне. Набирает воду и кладет меня в нее, моет, как ребенка. Я не сопротивляюсь, на это у меня попросту нет сил.
Я понятия не имею, о чем он думает. Я рада только одному — что секс между нами не случился. Мой малыш спас меня от этого.
Карим кутает меня в свой банный халат и кладет на нашу кровать. Сам ложится рядом и прижимает к себе.
За все это время он не проронил ни слова, и я думаю, что так и не дождусь ничего, но Карим произносит:
— Прости меня, Ася. Я забылся. Больше подобное не повторится.
Почему-то я плохо верю в это.
Глава 11
Ася
Даже во сне я думаю.
Составляю план, при помощи которого я смогу избавиться от оков, которыми меня опутал муж. Развод не вариант.
Остается только побег.
Под моим именем он быстро найдет меня.
Но самое главное — это время. У меня его катастрофически мало. Пошел третий месяц беременности. Живот вот-вот станет виден, и тогда я уже не смогу так просто сбежать.
Уплываю в сон.
А просыпаюсь от нежных ласк, не сразу соображая, что Карим уже вошел в меня и начал двигаться. Плавно, тягуче, неспешно и очень аккуратно. Осыпает поцелуями тело, и оно отзывается.
Я даже переубеждать себя не буду в том, что разлюбила. Я хочу Карима. Как женщина.
Проблема только в том, что хочу его всего без остатка, но он не согласен со мной.
После наступления беременности мое тело иначе реагирует на ласки мужа. Острее, ощутимее. Разрешаю себе эти чувства и просто получаю удовольствие.
Карим закидывает мою ногу себе на бедро и входит до упора, выбивая из меня тихие стоны. Что-то шепчет, целует губы, сжимает мои соски и кончает внутрь.
— Доброе утро, — осыпает поцелуями скулы, губы, шею.
— Угу, — бормочу вместо слов.
Говорить совсем не хочется.
Выпутываюсь из объятий мужа и иду в душ. Планирую быстро искупаться в надежде, что Карим не придет сюда. Но он, будто специально, как привязанный идет за мной.
Выдавливает гель для душа, моет меня, будто я не в состоянии это сделать. Проводит мыльными руками по животу, и я немного дергаюсь.
Все это очень странно: я привыкла оставаться для Карима незаметной, но сейчас каждое его действие выглядит так, будто я что-то значу для него.
Ох, Ася, не обманывайся.
Мы молчим, вместе выходим из душа.
Я спешу надеть домашние брюки и свободную футболку. Пока Карим облачается в костюм, тороплюсь на кухню. Здесь заботливая Фатима уже приготовила завтрак, мне остается только сделать чай.
Обычно Карим на ходу пьет кофе и убегает, и я надеюсь, что так будет и в этот раз, но муж удивляет меня.
Он проходит, садится за стол, пододвигает к себе свою порцию:
— Приготовь мне, пожалуйста, кофе, — просит вежливо.
Щелкаю кофемашиной. Ставлю перед мужем чашку, сама сажусь на свое место, напротив Карима. Вяло ковыряю омлет с овощами, потому что утренняя тошнота не особо располагает к завтраку.
— Ты здорова? — спрашивает он с нотками тревоги.
— Вполне, — быстро отзываюсь я.
— Тебя тошнило вчера, — говорит с нажимом Карим, и я поднимаю на него взгляд.
Я бы сказала, что в глазах Карима тревога, но сомневаюсь, что это именно она.
— Сегодня уже нет, — веду плечом.
— Может, стоит показаться врачу? — выгибает бровь.
— Нет, — отвечаю твердо.
Не хватало еще, чтобы он узнал о беременности.
Замолкаем.
Я насилу запихиваю в себя завтрак, запиваю чаем. Карим не должен ни о чем догадаться.
— Чем займешься сегодня?
Медленно поднимаю взгляд и смотрю на своего мужа. У меня шок. Исмаилову никогда не было интересно, куда я езжу или мои интересы. С чего вдруг это все?
— Ничем, — быстро отвечаю.
Я хочу остаться дома в одиночестве.
Вообще я бы с удовольствием уехала в парк и погуляла там, но за мной будет ходить Максим, а компании я не желаю.