— Все хорошо, спасибо, отец, — вежливо улыбаюсь мужчине.
Мариям, мать Карима, тут же спешит обнять меня и расцеловывает в обе щеки:
— Для отца это долгожданное прибавление — лучший подарок, — говорит гордо и подмигивает мне: — Вы, конечно, конспираторы! Молчали почти четыре месяца!
— Да, Карим. Хоть бы намекнул, что ждете малыша. А то я к тебе с советами лезу, а вы и сами с усами, как говорится, — по-доброму усмехается отец Карима.
Перевожу взгляд на мужа. Это что, выходит, его отец уже заводил разговор насчет наследников? Интересно получается. А не является ли поведение Карима в последние дни следствием того разговора? Возможно, как только я рожу, вся эта теплота и ласка исчезнут? Ну а что, мое дело сделано. Можно и пинком под зад и снова свору любовниц по квартирам распихать.
Карим невозмутимо улыбается, окидывая меня нежным взглядом, и притягивает к себе за талию, целует в висок:
— Асият чувствовала себя неважно в первые месяцы беременности, поэтому мы решили не спешить с объявлением о ребенке.
Мариям подходит к Кариму и целует его в щеку:
— Мой заботливый сынок! — произносит с гордостью. — Забота о жене и семье — это самое главное. Горжусь тобой!
На ее глазах выступают слезы, а мне хочется выдать истерический смешок.
Готова поклясться, Мариям в курсе существования любовницы Карима. Поэтому эти фразы для меня выглядят до смешного нелепыми, но я держу на лице маску спокойствия и не подаю вида.
У меня все хорошо.
Все эти мысли насчет наследника — бред. У Карима просто появились ко мне чувства, потому он и стал вести себя по-другому. Любовница в прошлом. Поводов для беспокойства нет.
Пока никто не видит, нервно расчесываю зудяжую кожу под гребаным браслетом. Пусть пилят его, к дьяволу! Не жалко.
— Довольно, Мариям, — мягко тормозит женщину отец Карима. — Наш сын уже взрослый мужчина, который наверняка понимает, что в нашем мире ценнее всего семья.
— Конечно, отец, — кивает мой муж. — Мы пойдем с Асият, поприветствуем других родственников.
— Идите, дети, — мать улыбается, провожая нас взглядом.
Как только мы отходим от родителей, Карим тут же спрашивает:
— Ты хорошо себя чувствуешь? Что-то ты бледная, — хмурится, осматривая меня.
— Все в порядке, — улыбаясь мужу. — Смотри, мои родители, пойдем поздороваемся?
Несколько минут общаемся с моими матерью и отцом, хотя можно сказать, что больше отец разговаривает с Каримом, а мама со мной.
Она бросает на моего мужа взгляды и тихо спрашивает у меня:
— У вас все в порядке? Выглядите счастливыми.
— Да, все прекрасно. Мы со всем разобрались, — отвечаю так, чтобы мужчины не слышали.
— Вот и замечательно, доченька. Мне кажется, это самый лучший выход из этой ситуации. Да и ребеночек, я убеждена, поможет вам стать еще ближе.
— Все так, мама.
— Заглядывай в гости к нам! — журит меня по-доброму. — А то совсем про мать забыла.
— Конечно, мама.
После череды светских разговоров и приветствий Карим отлучается ненадолго, а я наконец сажусь на стул и выдыхаю. На моем сроке бегать на высоких шпильках тяжело. Надо было взять с собой обувь на смену.
Внезапно мне становится не по себе. Ощущение тошноты накатывает забытой волной, и я решаю выйти в туалет.
Замираю у зеркала, рассматривая свое бледное отражение.
Открывается дверь, и в нее входит человек, которого я уж точно не ожидала увидеть сегодня.
Марианна.
Глава 22
Ася
— Здравствуй, — говорит она тихо.
— Здравствуй, — ошарашенно отвечаю я.
На Марианне шикарное бледно-розовое платье. Волосы лежат красивой русой волной. Вся она какая-то легкая, тонкая, воздушная.
— Зачем ты здесь? — спрашиваю ее.
— Пришла посмотреть в лицо мужчине, который использовал меня три года, а после выбросил на помойку, как ненужную вещь.
Окидываю ее взглядом:
— А ко мне зачем пришла? Пожаловаться на жизнь?
— Нет. Напомнить о том, какой твой муж мудак. Потому что ты, по всей видимости, забыла об этом.
— Даже если так, какое тебе дело? — выгибаю бровь.
Марианна опускает глаза в пол.
— Я люблю Карима, — произносит тихо.
— Мне жаль, — это все, что приходит мне на ум.
Неожиданно она хватает меня за руки и выпаливает:
— Отпусти его! Ты держишь его рядом с собой, но не любишь! Любила бы — еще тогда прибила бы меня! Или его прибила! А он несколько раз приезжал после того, как ты узнала обо мне. Трахал меня как сумасшедший, понимаешь?! Ни ты, ни он — вы не любите друг друга! Так отпусти же его! Попроси развод! Я люблю его, и у нас будет ребенок! Я беременна!