– Я не смогу здесь жить, осознавая, что рядом Игорь и его новая… возлюбленная, – я запинаюсь перед последним словом. – Не смогу спокойно ходить на прогулки со своим малышом, представляя, что по этим же улицам ходят люди, которые сделали мне очень больно. Мне нужно излечиться от своих чувств, оставить их в прошлом, а находясь здесь, я не смогу этого сделать.
– Лера, – умоляюще смотрит на меня подруга, – подумай хорошо…
– Я уже всё решила, Ириш, – улыбаюсь я. – Уговаривать меня нет никакого смысла. Завтра поставлю начальство в известность, доработаю до конца месяца, чтобы никого не подводить, и уеду.
– Я понимаю, – грустно кивает Ира. – Ну раз уж ты так твёрдо настроена уехать, я помогу тебе и в этом. У нас есть время, чтобы подобрать тебе приличное и недорогое жильё, благо сейчас это можно сделать через интернет. Но знай: ты всегда и во всём можешь на меня положиться, и двери моего дома для тебя открыты, что бы ни случилось.
– Я так благодарна тебе за всё, ты себе не представляешь! – прижимаюсь я к Ирине. Она моя единственная поддержка и опора сейчас.
– Ну а теперь спать, завтра нам предстоит тяжёлый день! – командует подруга, и мы расходимся по комнатам, пожелав друг другу доброй ночи.
За то время, пока я дорабатываю в клинике положенный срок, мы действительно через знакомую Иры находим подходящее жильё по приемлемой цене – комнату в двухкомнатной квартире. Там у меня будет соседка, молодая женщина, но это даже хорошо: не так тоскливо будет в чужом городе.
Ира отвозит меня на своей старенькой машине в столицу и помогает подняться с вещами, хотя их у меня и немного, в нужную квартиру.
– Здравствуйте, – встречает нас на пороге женщина, по виду лет на пять старше меня. – Значит, вы моя соседка? Меня Наташа зовут.
– Очень приятно, – киваю я, – а я Лера. А это моя подруга Ирина, она мне помогает с переездом.
– Проходите на кухню, девочки, попьём чаю и познакомимся поближе, – зовёт Наташа, но Ира отказывается:
– Спасибо, но мне пора в обратный путь. Лерочка, – поворачивается ко мне, – если вдруг я буду нужна – звони в любое время дня и ночи.
Ира уезжает, а я смаргиваю скопившиеся в уголках глаз слёзы: грустно расставаться с подругой. Но я сама приняла это сложное решение – переехать.
Наташа оказывается приятной и общительной женщиной, мы быстро находим с ней общий язык. Мне удаётся устроиться на работу в одну из столичных клиник, и я потихоньку начинаю втягиваться в этот сумасшедший ритм.
Зарплата здесь выше, чем в нашем городе, но и жизнь дороже, поэтому откладывать на будущее у меня получается совсем немного. Большая часть моего дохода тратится на хорошее питание – ведь необходимо есть свежие фрукты и овощи, а они здесь очень дорогие – и нужные витамины для беременных.
Какое-то время мне удаётся скрывать от соседки свою беременность, но живот растёт, и в один прекрасный день мне приходится обо всём рассказать Наташе.
– Ох и отчаянная же ты женщина, Лерка, – качает та головой. – И что собираешься делать? Ни угла своего нет, ни мужика богатого, чтоб помочь.
– Я справлюсь сама, – уверенно заявляю ей. – Руки-ноги есть, голова на месте – выживем с малышом.
– Это только на словах всё легко, Лерочка, – вздыхает Наташа. – А на деле… окажетесь вы вместе с ребёнком на улице. Все накопления твои испарятся со скоростью света, вот вспомнишь ещё мои слова. Нечем будет платить за жильё, не на что будет купить продукты. А ещё дети иногда болеют – лекарства сейчас знаешь какие дорогие? Для некоторых полных семей ребёнок – непосильная ноша, а ты одна, ещё и без жилья.
– И что же ты предлагаешь? – спрашиваю я.
– Единственный разумный вариант – оставить ребёнка в роддоме, написать отказную, – серьёзно говорит соседка, а я прихожу в ужас от её слов.
Как вообще можно говорить такие вещи? Я ждала этой беременности долгих пять лет, я ношу в себе своё дитя – и откажусь от него?
В этот вечер мы впервые ссоримся с Натальей и несколько дней не разговариваем.
Но время идёт, мы миримся, и Наталья больше не заводит разговор на эту тему. Мой животик растёт, я уже часто ощущаю пиночки изнутри и по вечерам разговариваю со своей деткой. Скоро, совсем скоро мы увидимся. И я не знаю, кто у меня родится: на УЗИ я просила доктора не говорить мне пол. Мне достаточно было знать, что ребёночек здоров и развивается нормально.
Но в последнее время я постоянно прокручиваю в голове слова Наташи и понимаю: не со зла она мне тогда их сказала, действительно помочь хотела. Ведь я и правда вряд ли смогу поднять ребёнка одна в столице. К помощи Иры тоже не хочу прибегать: рано или поздно она встретит достойного мужчину, захочет создать свою семью, а у неё на шее мёртвым грузом будем висеть мы с малышом. Это несправедливо по отношению к подруге, она имеет право на своё счастье. Конечно, она не откажет мне, если я обращусь к ней за помощью, но будет ли в таком случае спокойна моя совесть?