— Да ну. — Людмила Васильевна махнула рукой. — У него возраст уже не тот. С тридцати лет жаловался на сердце, и все равно туда же. Все его девке денег было мало. Она его в могилу и загнала. Ну, так что, Максим, как думаешь, что он тебе оставит, если он не успел написать завещание…
— Не думаю. Он всегда был перестраховщиком, и наверняка разделил все. Но Альтера конечно отойдет мне, я уже шесть лет ей успешно руковожу, остальное – не знаю. Какая-то часть все равно отойдет девчонке, но это не проблема. Она еще не задумываеься о бизнесе. Купить ей куклу, конфету и она забудет про отца.
— Максим, я тебя не узнаю. — Кристина в шоке посмотрела на мужа. — Ты сейчас говоришь о своей сестре. У «девчонки» есть имя!
За столом воцарилось неловкое молчание.
— Моя сестра – это Света. — Нарушил, наконец, тишину Максим. — А Арину я видел всего раз в жизни. Не суй свой нос в наши семейные дела.
— ВАШИ семейные дела? — Кристина со звоном опустила свои приборы. — А я разве не часть семьи?
— Чувствую, что скоро перестанешь. — Людмила Васильевна ей улыбнулась. Впервые Кристина видела на лице свекрови такую змеиную улыбку. — Фима слишком заботился о тебе, даже разрушил счастье собственного сына, чтобы устроить твою судьбу. Ну, ничего. Кстати, — Она обратилась к сыну. — Максик, скорее всего он что-то оставил и Кристиночке. Может, не будете спешить, пока не огласят завещание?
— Что-то в этом есть. — Макс внимательно посмотрел на жену. — Но, не думаю, что много, скорее всего какой-нибудь небольшой пакет акций для успокоения совести. Зачем ему Крис, когда растет своя дочь. Надо с этим что-то решать.
— Возьмете опеку на девочку. — Подала голос молчавшая до этого Света. — Времени будет много, можно придумать, как вывести из-под нее активы…
Кристина в ужасе переводила взгляд с одного члена своей семьи на другого. Понадобился всего один день, чтобы люди, которых она считала самыми близкими, показали свои истинные лица.
— Вы все сейчас серьезно? — Она переводила взгляд с одного на другого. — Серафим Апостольевич еще жив. А вы уже делите его имущество.
— Кристина. — Максим стукнул рукой по столу. Приборы жалобно звякнули. — Во-первых, не факт, что жив, а во-вторых – нужно быть прогматичнее. Иди в комнату, если не умеешь вести себя за столом. Отец – одной ногой в могиле, а нам нужно решить как жить дальше!
Кристина бросила в него уничтожающий взгляд, и, бросив хлопковую салфетку на стол, вышла.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов