Но куда больше подозрений вызвал во мне он сам.
Неужели Богдан сказал… правду?
Неужели бывший муж дейтсивтлеьно все еще общался с Лерой, все еще имел с ней тайную, любовную связь? Они все еще были вместе как пара, в смысле… они могли продолжать встречаться?
А почему бы и нет…
В принципе, что им должно было помешать?
Это Лера сказала мне, что бросила моему мужа, потому что денег у него стало не так много, как было раньше…
Такая себе отговорка.
Да и не вязалась она с тем, что она говорила до этого.
Что любит Мирослава с самой первой их встречи и готова ждать его, что все остальные отношения в ее жизни были лишь жалкой пародией на него, что он – самый лучший, что он – не кусок мяса и она не нуждается в его деньгах…
Так где же была правда?
Валерия и впрямь любила его без памяти и готова была ждать, терпеть, делить его с другой, завоевывать?
Или же она правда хотела его богатств и связей, а когда не срослось, то бросила его?
Но не слишком ли долго она ждала Мирослава для банальной охотницы за деньгами?
У меня было много вопросов.
И ответы на них мог дать мне только один человек.
Человек, от которого я в прошлую нашу встречу сбежала, сломя голову.
Богдан Титов.
— Не думал, что ты захочешь со мной еще раз встретиться…
— Я тоже не думала.
Мне пришлось.
Мне пришлось позвонить Богдану и попросить его о встречи, потому что у меня было чертовски много вопросом.
А еще, и это было хуже всего, у меня было очень много сомнений.
А еще хуже - страхов.
Наученная горьким жизненным опытом, теперь я предполагала худшее, к нему же и готовилась.
Титов согласился со мной встретиться.
В качестве места для встречи был выбран городской парк.
Много людей, шумно, в самый раз на тот случай, если бывший муж за мной следит.
— Ты поверила мне? Выяснила что-то?
— Я? Нет… то есть… ничего я не выясняла.
Вечерело и было уже не так жарко. Мороженое, купленное в ларьке, кушать совсем не хотелось. Я просто вертела в руках вафельный рожок с любимым клубничным наполнителем.
Как тут можно было хотеть кушать, если на кону стояла вся твоя жизнь?
Будущее твоих детей?
— Тогда почему ты здесь? В прошлый раз ты говорила мне, что я спятил и что, если я еще хоть раз к тебе приближусь, то ты спустишь на меня всех собак…
— Я попросилась переехать назад, в особняк, — не видя смысла крутиться вокруг, да около, прямо ответила я.
— И он не позволил, конечно же, я прав? — усмехнулся Титов. Весь его вид, самоуверенный тон, взгляд, все говорило о том, что он уже знал ответ на свой вопрос.
— Да.
— Я говорил тебе.
— Как я нуждалась в этих словах, если бы ты только знал! — Со злостью я выбросила мороженое в урну, что стояла рядом с лавочкой, на которую мы присели.
— Прости. Я не хотел…
Просить прощения, судя по всему, нужно было не Богдану, а… мне.
— Как давно ты наблюдаешь за Мирославом и мной?
— С тех самых пор, как ты прогнала меня из клиники.
— Со дня рождения девочек что ли? — нахмурилась я. — Ничего себе! Откуда столько времени на меня и мою семью?
— Не то, что бы у меня не было своих дел, но, пойми меня правильно… с того самого дня, как ты молча, ничего не объяснив, собрала вещи и ушла, я знал наверняка, что что-то не так, что это неспроста и к этому кто-то приложил руку. Долго гадать, кто именно, не пришлось. Тогда я осознал, что дела обстоя куда хуже, чем банальное расставание. Немного наблюдав за Мирославом и за тобой, проанализировав и выясняв кое-что из прошлого, я пришел к выводу, что у твоего бывшего зреет грандиозный план. И чутье меня не подвело, так и оказалось.
— Я не могу в это поверить, — честно выдала я.
Не было больше смысла скрывать свои истинные домыслы, эмоции.
Я пришла поговорить с Титовым на чистоту.
— Я понимаю. Понимаю, что легче записать меня в психопаты, чем посмотреть правде в глаза, но если ты все же осмелишься, то там все просто, как два и два.
— Но… избавляться от человека… разве это не слишком? Мы и так уже разведены… за детей Мирослав мог бы судиться, с Лерой мог бы жить, а…
— А деньги?
Все упиралось в финансы.
Если Богдан был прав, то все, весь сыр-бор был из-за того, что я отсудила у бывшего очень и очень приличную сумму денег.
— Неужели все дело в деньгах… — это был не вопрос, но и не утверждение. Это было скорее рассуждение вслух, попытка разобраться в том, что происходило.
Безрезультатная, конечно же…
— Речь о целом состоянии, Оль, ты же понимаешь это. Такие деньги на дороге не валяются. И за меньшее люди друг другу глотки перегрызали. А уж твой муж… он всегда полагал, что один заработал их. Что только его пот и труд в этих деньгах. Ты же в его глазах…