Я хочу запомнить эту ночь именно такой. Потому что у меня есть ощущение, что если я останусь, то мое сердце разобьется на осколки, как жаль, что тогда я не знала, что сердце все равно пострадает.
На улице я жалею, что так сбежала. Стоило остаться? Еду за сертификатом об обучении, а затем прошусь переночевать к знакомой.
До самого вечера не включаю телефон. Стараюсь отвлечься и разобраться со своими мыслями. Когда экран телефона только зажигается и мне начинают приходить первые сообщения, то я вижу, что мне писала и звонила в основном сестра.
От Марата ничего. Сердце щемит, но я сама виновата. Я сбежала. Глупо сейчас мечтать о том, чтобы он позвонил.
Я сама хотела эту ночь, может, я еще и пожалею, но это будет потом, сейчас мне нужно думать совершенно о другом, и я звоню сестре.
– Привет, Оль.
– Привет, – говорит сестра и я даже знаю, что сейчас она поджимает губы, как мама, когда недовольна. – Тебя сутки нет дома.
– Я не вернусь, – выговариваю по словам, самая сложна фраза в моей жизни.
– Ты с ним?
– С кем? – я прочищаю горло.
– С тем мужиком, который подарил тебе платье? – Слышу, что она сейчас сорвется. Злится на меня.
– Нет, Оль, я у подруги.
– У тебя нет друзей! – говорит сестра и эти слова больно ранят.
Это правда, мне сложно дружить, потому что мне вообще сложно доверять людям, сложно понимать их реакции и поведение, я не понимаю, как правильно реагировать, потому что живу с неуравновешенной мамашей, от которой не знаю, чего ожидать.
– Оля, – я нервно сглатываю, – я тебе сейчас кое-что расскажу, а ты передай маме. Только дослушай до конца. Оля, – продолжаю я, набрав в легкие побольше воздуха, – я не вернусь домой. Я прошла курсы по маникюру и буду работать, хочу снимать квартиру и жить отдельно. Я хотела сказать вам иначе, но понимаю, что не смогу. Мама опять начнет кричать, и я сломаюсь. Я больше так не могу.
– Ты преувеличиваешь, – говорит Оля, это ее любимая фраза.
– Оль, я правда так не могу. Мама кучу раз в день повторяет, какая я неудачница, я устала от этого. Я просто хочу просыпаться утром не от того, что слышу, как сделала что-то не так. Хочу жить своей жизнью, к чему-то стремиться, а это сложно делать рядом с человеком, который сомневается в каждом твоем шаге. Я будто в клетке. Я задыхаюсь там.
– Мама в истерике.
– Мама в истерике последние девятнадцать лет. С тех пор как я родилась. Ты живешь отдельно довольно давно, а я с ней каждый день, и мне уже кажется, что света в конце тоннеля нет.
– Полина, прекращай себя так вести… – она будто меня не слышит.
– Оля, это вы прекратите, я правда устала. Это моя жизнь, и я хочу прожить ее по-другому. Я так больше не могу. Когда мама успокоится, я зайду за вещами.
– Она утром психанула и сменила замки.
Тут даже у меня слов не было. Я просто раскрыла рот от удивления.
– Давай мы завтра встретимся, – недовольным тоном продолжила Оля, – и возьмешь что-то из моих вещей. Хотя бы на время. Заодно тебя с Аргентовым познакомлю.
– Хорошо, – не хотелось отказываться от помощи, а еще я думала у сестры денег занять.
Одна посуда в ее шикарной квартире стоит как моя заплата за месяц. Если я не смогу забрать вещи, то и не смогу забрать все что купила для работы, для маникюра. Я, конечно, не думаю, что мама меня домой не пустит, но может сгоряча залететь в мою комнату и если там найдет то, что я прячу, то может и выкинуть. Не удивлюсь.
Сутки пролетели так быстро, что я даже не заметила. Моя знакомая, у которой я остановилась, очень мне помогла. Она поддержала меня морально, а еще сказала, что я могу жить столько, сколько будет нужно, и даже пару вещей одолжила.
Телефон я не включала, боялась, что позвонит мама. Не могу с ней говорить. Понимаю, что могу сломаться под ее напором и вернуться домой.
Вечером следующего дня, я одолжила платье у Насти, девочки, у которой временно жила. Немного подкрасилась и пошла на встречу с сестрой. Она собиралась ужинать со своим женихом.