– Как ты? – вылетела Оля на площадку, – ты свадьбу мне сорвала! Мой жених…
– Жених… – я нервно сглотнула и тряхнула головой, пытаясь отстраниться от происходящего вокруг, – Оля, а с кем ты встречалась, пока я была с Маратом? С кем ты ночевала?
Я внимательно смотрела на Олю, потом на маму. Даже выражения лиц были одинаковые. Недовольные, губы поджаты. Молчат.
Настя тянет меня вниз по лестнице.
– Идем скорее, – говорит подруга, – я уже втащить им хочу. Нелюди какие-то! Зла не хватает. Я не такая интеллигентная как ты, могу и побить.
– Ты не понимаешь, – говорю я, пока мы быстро бежим вниз по ступенькам, – у моей сестры любовник. Она с кем-то ночует…
– Полли, – Настя останавливается у подъезда – забудь. Они больные! Нездоровые. Я не знаю, как ты вообще жила в этой семье.
– Ты права, – мы быстро идем по улице, будто за нами гонятся, а я тем временем пытаюсь сопоставить в голове всё, что произошло.
Моя сестра не просто хотела мне помочь, чтобы я с кем-то начала отношения, ей и самой нужно было прикрытие. Пока я была за городом с ее женихом, она тоже с кем-то отдыхала.
Конечно, это не отменяет того факта, что Марат ей изменил…
Вот только Марат не похож на того мужчину, которому изменяют.
***
Я ехала в небольшом автобусе, тут сильно пахло бензином, а еще несвежими продуктами. Из вещей у меня была небольшая сумка с инструментами и материалами для маникюра, а также рюкзак с одеждой, даже не верится, что вся моя жизнь уложилась в пару сумок.
Внутри была такая болезненная пустота, что я не могла дышать.
Несколько раз еле сдержала слезы. Не могла понять, почему так хочется плакать. Головой понимаю, что эти изменения к лучшему. Мне станет лучше, если я уеду. Начну новую жизнь.
Вот только как можно уехать от своей семьи, даже не попрощавшись? Да, они неидеальны, но они моя семья. Пусть Оля сейчас на меня обижена, но я считаю, что этим не разорвать родственные связи. Мы вместе росли всю жизнь…
От этого и больнее всего. Она даже не захотела узнать о том, что произошло. О том, как все случилось.
Сердце щемит так, что хочется кричать, но я продолжаю лишь тихонько всхлипывать и смотреть в окно. Мимо проносятся машины, деревья. Уносят вместе с собой мою старую жизнь.
***
– Друзей не водить, оплата раз в неделю, после десяти не шастать и душ не принимать, – рассказывает мне условия хозяйка, у которой я хочу снять комнату. – Я не приемлю шума по ночам, ложусь рано, мой режим требуется соблюдать.
– Я работаю до девяти вечера, – говорю я и смотрю на небольшую комнатку.
Пожухлые обои с цветами, подклеенные скотчем по швам. Кровать, шкаф и маленький письменный стол, с отколотой по краю столешницей и потрескавшимся лаком.
На столе маленькие часики и искусственный цветок в стакане. Пытались украсить, а выглядит жалко. Ковер на полу потрепался и пахнет сыростью.
– Кем работаешь? – Прищурилась женщина, – мне тут неприличные не нужны…
– Я мастер маникюра, – натянуто улыбаюсь, надеюсь, такое для нее прилично.
– Мастер маникюра, – повторяет женщина и рассматривает так, будто я вру.
– Точно? А то была у меня тут одна массажистка, так я ее быстро метлой выгнала.
– Точно. Я работаю и все. Никаких гулянок и друзей.
– Ну ладно, – кивает женщина, – если устраивает, то плата вперед.
Я отдаю ей деньги и понимаю, что у меня осталось совсем немного. Из-за неожиданного переезда мне пришлось купить себе кое-что из одежды. Я забрала только самое необходимое, а на улице уже стало холодно.
Дни сливались в один, я даже не замечала какой день недели. Мне очень повезло, потому что Настя порекомендовала меня своим знакомым, и я довольно быстро заполнила записью почти весь день. С утра до вечера я работала, а затем приходила в комнатку и ложилась спать.