В магазине он немало раздражал меня, но теперь я чувствовала, что эта эмоция сменяется сочувствием. Спенс не походил на того, кому нравится быть отшельником. Должно быть, для него стала пыткой необходимость прятаться, отстраниться от всех и вся просто для того, чтобы не Видеть.
— Что он Видит? Что может быть настолько плохим?
— Смерть, — ответила Мириам после недолгого колебания.
— Как тот парнишка из фильма? Который видит мертвецов?
— Нет, не так. Это вариант Провидения Будущего. Когда он смотрит на кого-либо, он Видит момент их смерти.
Моя рука машинально накрыла живот, где шрамы чувствовались даже через одежду.
— Он видит смерть всех людей? — спросила я. — Постоянно?
Она кивнула.
— Всех, с кем он контактирует. Куда бы он ни посмотрел, он Видит только смерть. Он знает, молодой ты будешь или старой. Он знает боль и умиротворение, — она заехала в гараж. — Можешь представить, каково ему постоянно нести такое бремя в сердце?
Нет, я не представляла и не хотела представлять. Я была со Спенсом, это невыносимо. Меня разозлило, что Мириам заставила его открыться всему этому ужасу просто для того, чтобы протестировать мои странные способности.
— Спенс сказал, что большинство мужчин-Провидцев не доживает до двадцати. Это потому что у всех такие ужасные способности?
Вместо того чтобы выйти из машины, Мириам повернулась ко мне.
— Почему ты одна из небольшой горстки женщин-оборотней в мире?
— Потому что Альфа-Стая убивает всех девочек-оборотней, чтобы никто не угрожал Альфа-Самке.
— Так почему, по-твоему, мужчины-Провидцы живут так мало?
Боже мой. Никто не предупреждал меня об устном экзамене.
— Мужчины-Провидцы могут бросить вызов Альфа-Самке?
— Нет, подумай. Что Альфа-Стая якобы ценит превыше всего?
Черт. Мне реально не нравилось не знать ответы.
— Единство оборотней?
— Традиции, — Мириам наклонилась ближе. — Они правят миром Шифтером и Провидиц посредством подавляющих традиций.
— Вроде той, по которым люди, не образовавшие пару, становятся изгнанниками.
— Именно.
— Итак… как это связано с мужчинами-Провидцами?
— Вся наша политическая структура основана на мужчинах-оборотнях и женщинах-Провидицах. Когда эволюция добавляет к этой смеси женщин-оборотней и мужчин-Провидцев, возникает путаница. Традиционный способ избрания Альф становится непригодным, и надо признать новый порядок.
Я начинала понимать.
— Порядок, который отнимет власть у нынешних правителей.
— Я знала, что ты сообразительная.
— Но я все равно не понимаю. Как они убивают мужчин-Провидцев?
— Они и не убивают большинство из них. Просто убеждают в том, что они сумасшедшие. С теми, чьи видения нельзя опровергнуть, обычно происходит какой-то ужасный несчастный случай до того, как они взрослеют и начинают поднимать шумиху.
Перед своим мысленным взором я увидела Николь в обличье человеческого ребенка, стоящую на углу и смотревшую на машину, которая неслась прямиком на нее.
— Так не может продолжаться дальше, — сказала я вопреки подступавшей тошноте. — Так нельзя.
Мириам накрыла мою щеку ладонью.
— Тогда останови это.
Глава 16
Мириам оказалась болтушкой. Эта женщина за день использовала больше слов, чем Лиам за год. За ту неделю, что мы оставались в Фарго, я узнала о разных оборотнях и Провидицах, замешанных в восстании, разные мелочи об их личной жизни, особенно такие, которые они никому не хотели сообщать. Она говорила о том, какими Лиам и Алекс были, когда переехали жить к ней после смерти родителей. Она смеялась над беспрестанными проделками Алекса и беспокоилась о нерушимой серьезности Лиама. Я даже выслушала бессчетное множество историй об ее семье, в том числе и об ее любимом племяннике Диазе, что объясняло, откуда Лиам знал лидера банды в Техасе. Однако вопреки любви Мириам к сплетням, у меня сложилось впечатление, что она считала своего племянника хорошим законопослушным мальчиком.
Хэнк оказался самым уважаемым адвокатом в Фарго, а это означало, что большую часть дней он проводил или в своем офисе в центре города, или в суде, но он всегда приходил домой к ужину. Затем он весь вечер наблюдал за нашими с Лиамом спаррингами, давал нам обоим советы, или же закрывался в домашнем кабинете, говорил с Лиамом о политике оборотней и созванивался с другими оборотнями и Провидицами по всему миру.
Жилье Хэнка и Мириам стало для меня домом. Мы не так хорошо знали друг друга, чтобы этот дом наполнился любовью, но тут изобиловали уважение, забота и безопасность. Даже Лиам, похоже, расслабился во время нашего пребывания здесь.