— Деклан. — Сосредоточившись на его рте, она приподнялась и попыталась приблизить ее губы к его. — Поцелуй меня.
Он встретил ее на полпути, загнав себя в ее тело, когда их рты соприкоснулись.
Их языки сплелись друг к другом, танцуя и кружась. Этого все же было слишком мало. Все, что ей нужно было, это попадание в центр, который заставляет ее видеть звезды. Простое движение ее бедер и она была там, где хотела быть.
— Да, о да.
— Дай это, — простонал он. — Прыгай на моем члене. Кончи со мной.
Она знала, что он заглушал ее крик, чтобы она сильно не смущалось потом, врываясь в ее рот. Она кончила, как петарда, едва способная оставаться в вертикальном положении, все ее тело болело. Ее руки болели, ее киска болела. Все же она наслаждалась этим, желая большего. Все, что он хотел дать ей, она будет охотно брать. С ним она чувствовала себя живой, наконец-то найдя спокойствие. Ощущения захватили ее.
Это было счастье. Кусочек рая на земле.
— Так узко. — Он ускорил движения, вбиваясь в нее чуть ли не насильно. — Так горячо.
Она двигалась навстречу к нему, желая, чтобы он тоже кончил. Приподнимаясь со стола, она обняла его, уткнувшись в его шею.
— Кончи со мной. Я хочу почувствовать это.
Он застонал, и его член дернулось внутри нее.
— О да.
Она держала его, когда он кончил, купаясь в прекрасном аромате, который добрался до ее носа. Нет, она не знала, что он так же жаждал ее, как и она его. Но сейчас она знает. Она видела это в его взгляде, чувствовала это в его ласках. Он продолжал двигать бедрами, ее складки становились еще мокрее, в месте их соединения. Она приветствовала чувство, желание, которое становилось опять все сильнее и сильнее.
Когда он остановился, ей удалось отодвинуться.
Его волосы были спутанными, легкая щетина появилась на щеках и челюсти, он был сексуален как ад.
— Ты тоже красивый. — Она больше не могла сдерживать ни одного чувства. — Мне нравится смотреть на тебя.
Его взгляд смягчился, уже не такой напряженный.
— Я люблю все в тебе, — прошептал он, прижимая ее к себе. Его глаза пожирали ее, зрачки стали желтыми. — Все, Рейчел.
— Я надеюсь. — Гладя руками его плечи, она заскользила подушечками пальцев по его лицу.
— Потому что ты можешь застрять со мной.
Он замер, задохнувшись.
— Что ты имеешь в виду?
Пока не передумала, она позволила этому случиться. Она должна была предупредить его. — Я на противозачаточных, но я пропустила последние таблетки.
Она опустила подбородок на грудь, избегая его взгляда.
— Я могла забеременеть. Я должна быть честной в этом. Мне жаль.
— Глупая девочка, — мягко отчитал он ее, но его голос звучал мрачно, — Это касается двоих, помнишь?
— Что, если… — Боже, она даже не могла это сказать. Насколько слабой она была?
— Если ты беспокоишься, то не надо. — Он вышел из ее киски, его член был по-прежнему твердым. Часть ее болела, зная о его эмоциональном отказе. — Я бы знал, если бы ты могла забеременеть. Это часть нашей природы.
— Ты расстроен. — Она точно могла это сказать. Но, она же не знала. — Ты на меня злишься?
— Вовсе нет, — ответил он, и она знала, что определенная часть его была. Он приложил губы к ее лбу. — Это слишком много, чтобы принять. У тебя и так есть много о чем подумать. Мы можем решить насчет детей позже.
— Ты думаешь, я не хочу их. — Конечно, он так думал. Он не понимал. А почему он должен понимать? Он едва знал ее. Помимо странной связи между ними, у них не было шанса действительно узнать друг друга. — Ты ошибаешься.
— Я? — Он засунул свой член в штаны, удерживая спокойный тон.
— Я всегда хотела детей, я просто…
Она что? Была слишком напугана, чтобы положиться полностью на отца, которого они могли потерять? Она поклялась, что никогда не поставит ребенка в положении, в котором была она, потеряв обоих родителей после того, как один из них умер.
— Я боюсь. — Ничего ей не давалось труднее, чем это признание. — Я так боюсь, Деклан. Это так трудно быть одной. Я не хочу этого для ребенка. Я не хочу этого для моих детей.
— Рейчел. — Его руки устремились в ее волосы, заставляя ее голову откинуться назад. Он не выглядел сейчас милым, чистая энергия в его взгляде была, чуть ли не больше, чем она могла вынести.
— Я никогда не брошу своих детей. Неважно, что случится. Это, правда, что пара последует за своим суженным в загробную жизнь, но легче этому сопротивляться, когда есть дети.
— Так много, чтобы принять, — прошептала она, чувствуя себя странно опустошенной. Теперь, когда ее вожделение было израсходовано, ее эмоции были повсюду.