- Страх порождает слабость, а ты должна быть сильной, - зашептали его губы в такой близости от девичьего уха, что при каждом слове задевали его.
- Буду, - со всей серьезностью, на которую была способна в данный момент согласилась Иль.
Целуя девушку, Жорес четко чувствовал свой пульс, стучавший в висках и дававший понять, что он жив и все происходящее, правда. Это было сродни глотку качественного кофе, за которым так скучал ученый.
***
Следующая ночь стала переломным моментом в жизни молодых людей. Они остро ощутили нехватку в счастье, которого волею злой судьбы были лишены. Сейчас же им представился шанс выиграть у времени его жалкие крохи.
Они сидели у входа в палатку, по обычаю смотря в угольное небо с далекими вспышками звезд. Их тела соприкасались в плечах и коленях, но они будто бы и не замечали этого.
Дыхания их были неровными, какими-то рваными, как и пульс. Они оба думали об одном и том же. Только признаться в этом ни у кого не хватало смелости. Каждый боялся нарушить воцарившееся молчание.
Когда же наступило время отдыха, Иль постаралась аккуратно проникнуть внутрь палатки, но, не справившись с равновесием, запуталась в собственной одежде и в итоге столкнулась лбом с доктором. Он слишком долго гладил большим пальцем ее лоб, а, после, не удержавшись, коснулся кожи губами.
В ту же минуту они прекратили играть свои роли. Их влекло друг к другу и пришло время признать этот факт.
***
Ее кожа была очень теплой. На месте соприкосновений с его собственной будто бы оставляла ожоги, словно внутри нее пылал костер, а само пламя никак не могло выбраться наружу.
- Поцелуй меня, - хрипло попросила девушка, смыкая ресницы.
- Что? - мужчина оторвал взгляд от созерцания ее кожи, прекратил поглаживания, разорвал объятья.
- Поцелуй, - на этот раз в голосе бушевало нетерпение.
И доктор поцеловал, страстно. Немедленно прильнул к девушке, опаляя ее губы дыханием. Он пытался освободить бушующее в ней пламя. Выпить его, как горячительный напиток, или же спасти. Но пламя лишь обожгло губы, так и оставаясь внутри спутницы.
В пальцы при прикосновениях словно входили иглы, поначалу остро впиваясь в каждую фалангу, а после принося блаженство. Тем не менее, его руки и губы постоянно перемещались, точно порхали.
Внутри же забурлил вулкан из чувств. И захотелось куда большего, чем поцелуй. Сердце сжалось под натиском перекатывающихся по телу волн. Нежность ударила в голову; она же заставила прижать девушку как можно ближе. Кажется, это была попытка вжать ее частичку в свое сердце, неистово колотившееся под ребрами.
Пульс просто зашкаливал. И от этого весь мир перед глазами плавился, превращаясь в темные потеки. Лишь он и она оставались прежними. Пространство растеряло свои границы. На короткий миг, миг блаженства они остались одни. Одни во вселенной.
- Моя.
В ответ лишь тихое:
- Мой.
Слова вмиг облетели маленькое пространство и, не поместившись в нем, выпорхнули наружу, взмыв в само небо. Пусть весь мир теперь знает, кому принадлежат сердца этих двоих.
Лишь спустя некоторое время стертые в пыль границы начали восстанавливаться, возвращая в реальность.
По истечении получаса они все еще лежали, покрытые капельками пота, но довольные состоявшейся близостью.
Ночь заботливо укрыла путников своим темным крылом, подарив счастливые сны.
Под утро тени, кружащие хороводы всю ночь - начали истончаться. Они словно воздушные шары взрывались друг за другом, противно попискивая перед неминуемой кончиной.
Доктор проснулся первым, понемногу вырываясь из мира сна, он выскользнул из ее объятий. Иль тут же подогнула ноги к животу, выгнув спину дугой. Только их ладони все еще соприкасались. Мужчина свободной рукой провел по ее обнаженному телу, почувствовав дрожь, вызванную его касанием. Словно клетки этого стройного тела зашевелились, потянулись к нему, в попытке оторваться, прильнуть к его чуть шершавой коже.
Глава 19
Только ресницы спящей красавицы дрогнули, и ее губ тут же коснулись губы доктора. Поцелуй получился немного несмелым, но от того не менее сладостным. Скорее с этакой перчинкой, разжегшей в телах потухший за ночь огонь.