Когда же человечество начало свое самоуничтожение с другого конца, разочарованный пожилой мужчина постарался сбыть свой дом по совсем непонятным причинам. "Наверно, он просто обезумел", — так решил про себя мужчина. Хотя он дал куда больше, чем просил старик, совесть все равно запустила свои острые иглы в сердце.
При совершении сделки ему запомнились светло-льдистые глаза, всегда с прищуром смотрящие по сторонам, словно опасающиеся чего-то. После, как ему показалось, он видел эти же глаза у одного убитого зверя. Поломанный в зеницах лед смотрел прямо в небо, и веки больше не собирались складочками вокруг них. Хотя, возможно, он и ошибся. Но на всякий случай взял образцы, чтобы определить, что являлось причиной смерти. Результат его, мягко говоря, шокировал. И он долго не мог поверить, что чудовище погибло от остановки сердца. Учитывая то, что по мере превращения тело не только претерпевало внешние изменения, ну и внутренние, остановка сердца сюда никак не вписывалась. По тем образцам ткани, которые он прихватил с собой, мог с уверенностью сказать, что оно было полностью здоровым.
Так что же тогда могло произойти?
На этот вопрос не было ответа.
Пальцы ученого забарабанили легкую запоминающуюся мелодию — ее любимую. Когда же они выжидающе застыли, чуть ниже ладони в сторону отъехала небольшая панель.
Отойдя на шаг назад, он попал под луч голубоватого, чуть слепящего света, сканирующего его силуэт. И вот в сторону отодвинулась уже половина стены, впуская его в мир тишины, прерываемой только работой приборов. Туда, куда не одно живое существо не могло проникнуть без его ведома.
Зайдя в просторное помещение, он первым делом взял свой интерактивный браслет. Поднеся его к губам, задал нужные команды, а после спустился к своему рабочему столу, плавно подъехавшему к его ногам, и принялся за работу.
Сейчас лаборатория местами походила на мастерскую стеклодувов, в которой по углам прятались груды стеклотары. Там чаще всего лежали прошлые опыты, которые теперь покрылись заметным слоем пыли. Ему больше не было до них дела. Сейчас вся его жизнь сконцентрировалась только на одном.
Работа кипела над сывороткой, подавляющей способности. Вот только ему нужны были живые образцы. Все, что ему удавалось достать ранее, были лишь мертвыми клетками.
Доктор взял шприц и вонзил иглу прямо в набухшую вену, и капельки крови тут же брызнули в цилиндр, заполняя его.
Нанеся образец тоненьким, почти прозрачным слоем на предметное стекло, он принялся за изучение.
Спустя две недели у него приключился первый приступ.
Его руки задрожали, и он разбил один из свежих образцов. Жидкость, находившаяся в пробирке, огромной неподвижной каплей застыла в центре рабочей поверхности. В ней бриллиантами сверкали кусочки уничтоженной лабораторной посуды.
Язык перестал умещаться в пересохшем рту и, проскользнув наружу, повис, как у блудливого пса. В легких перестало хватать воздуха, как тогда, когда он впервые попробовал курить. Жорес понял, что пора убираться из лаборатории, пока может.
Пробираясь к выходу, он задел стол, и посуда стеклянным дождем осыпалась на пол.
В себя он пришел уже в поле, глядя на закатное солнце. Сегодня и закат был пылающе-красным, с редкими полосками оранжевого.
Он напомнил о целом море зрелой пшеницы с пригибающимися к земле от тяжести колосьями. Словно наяву, доктор коснулся зрелых колосьев, провел по ним рукой, чувствуя, как кожи касаются упругие стебли. Да, когда-то эта плодородная земля давала хорошие урожаи.
Но виденье быстро рассеялось, как предутренний туман.
Невидимая стягивающая горло рука убралась, и его легкие снова задышали свободно. Почти так же непринужденно, как и впервые в жизни.
Теперь приступы будут повторяться чаще, а их сила только расти. Пусть и в таком состоянии, но он должен работать, должен завершить эксперимент, а потом... Потом, пожалуй, можно и умереть.
Еще раз вздохнув полной грудью, он отправился в дом, не замечая, как обронил среди растерзанных растений ключи.
А еще он по привычке закрыл дверь в подвал, но даже не заметил этого.
Глава 4
Что-то теплое, почти невесомое коснулось его руки. Взор скользнул к тому месту и замер.