соседкой. Это случается исключительно, когда у меня женские дни, словно потерпеть не может Я
его очень люблю и не хочу терять, но и терпеть измены тяжело. все соседи уже знают о его
похождениях, смеются надо мной, а я…
— дура, наверное, но я очень хочу сохранить брак. Подскажите, как отучить его гулять от жены?
Заранее спасибо. Диана».
Ой, дуры бабы. Как есть дуры! Мужиков им мало, что ли, чтобы цепляться за трусы, зараженные
вошками? Иначе назвать не могу; ведь если вечно зудит, значит, зараза там точно есть.
И всё-таки ответ важно дать максимально безопасный.
Думаю, что бы такое написать.
«Дорогая Диана, безумно приятно, что вам нравятся мои ответы. Если четвертовать изменника в
моральном плане вы точно не хотите, а об этом я советую ещё несколько раз подумать... Ну, зачем вам мешок с пахнущими хлоркой семечками, если он уже ни в одну мусорку сунул свой
носик? Но... Если любовь настолько сильна, то советую поступить следующий образом... ».
А каким?
Про средство, которым пользуюсь сама, написать точно не могу. Что бы такое посоветовать-то, чтобы у мужика не шевелился мурашек на чужое? Бли-и-ин!
Стопорюсь на этом моменте и снова перечитываю.
о! Бинго!
«_как только у вас начинаются женские дни, обеспечьте своего супруга прочищающей желудок
диетой. Там точно желания бегать по любовницам не появится. А если и побежит то сильно
пожалеет что решился. Средство действенное на все двести. Пробуйте, но перед этим ещё раз
подумайте: надо ли оно вам?».
Что -то какая-то я мужененавистница стала. Прям так опускаю мужчин, а ведь не все плохие. Есть
же и нормальные. Мой папа, например, был чудесным человеком.
Переворачиваюсь на спину и смотрю прямо в потолок. Считаю до тридцати, чтобы не заплакать, но слёзы всё равно скатываются со щёк. Как же жаль, что родители ушли настолько быстро. Вот
только они всегда останутся у меня в сердце примером настоящей любви. Благодаря им однажды
я снова влюблюсь. Но это будет точно нескоро.
Глава 11
Антоша уходит утром тихо, стараясь не разбудить меня, хотя я давно уже проснулась — просто
тихонечко сидела в комнате, потому что противно смотреть в его наглую рожу.
Вадим Сергеевич вызывает меня в редакцию. Надеюсь, что всё в порядке, и мой ответ не
показался ему вышедшим «за рамки приличия».
Я собираюсь, кормлю Милашку завтраком, обедом и ужином, вот только она не особо голодна, потому что на еду не набрасывается. Ну ничего, Васильевна предупредила, что паучок всегда
такой — обязательно съест, как проголодается. Как говорит бабуля: голод — не тётка.
Слишком яркий макияж ведьмы готов. Хочу сегодня к Тосику на работу заскочить, проверить, как
там у него дела обстоят с Булкой, и работают ли мои старания. Я же не просто так тут активно
готовлю для него?. А ещё он сегодня встречается с Тимом... И вечером его ждёт вкусный ужин с
порцией виагры — вот повеселимся.
Только придётся моему муженьку всё делать самостоятельно: я ж не помойка, чтобы встречать со
счастливым видом сгнившие висюльки.
Еду на своей ласточке и впервые задумываюсь: как я буду без неё, когда сменю машину? Эту
продавать точно не хочу — она останется в память об отце. С горечью осознаю, что родителей уже
не вернуть. Первое время я избегала подобных мыслей, боялась даже смотреть на их фото, а
сейчас оно у меня в машине. Мама и папа оберегают меня, я в этом уверена. Наверняка именно
они и указали на измены Тосика. Фу... Токсик он, а не Тосик никакой.
Моё местечко снова занято дорогущим внедорожником. Уж не знаю, кто на нём катается, но мне
это порядком надоело. Там знак, запрещающий стоянку. И я всегда паркуюсь ненадолго.
Местечко для меня Вадим Сергеевич застолбил.
Встаю аккуратно, но внедорожник подпираю. Ну а что? Нечего ему чужое местечко занимать.
Оставляю подставку с номером телефона. Хотя бы посмотрю на того, кто здесь паркуется, и ткну
его мордой в знак. Нарушать тут только мне разрешено было.
Думаю, что сама становлюсь токсичной, злясь на поведение людей, которые мне ну ничего
плохого не сделали. Может, переставить машину? Да вот только уже лень, поэтому захожу в
редакцию.
— Привет, звёздочка наша, — приветствует меня Алексей.
— Привет, Лёш. А Даша где?
— Она сегодня дома осталась, приболела что-то, но просила передать тебе её восторг и гору
воздушных поцелуев. Скоро будем видеться чаще. Но шеф сам хотел всё тебе сказать, поэтому