— Своей натуры? — возмутилась я. — Это не твоя натура, Джо.
Он пожал плечами, но промолчал.
— Значит, едва у нас выдался сложный период, ты не колеблясь спустил в унитаз три месяца упорного труда?
— Мой отец пытался тебя трахнуть, Моллой, — сиплым от негодования голосом прорычал Джоуи. — И ты сказала, что, глядя на меня, видишь его, забыла? По-моему, это куда круче, чем тупо сложный период.
Последние сомнения отпали.
За каждым неверным решением, принятым моим парнем, стоял его отец.
— Мне было больно, — попробовала я достучаться до части его существа, зацикленной на самоуничтожении. — И страшно. Я ни хрена не соображала, что несу. Все, что я наговорила тебе в тот вечер, было на эмоциях, поэтому перестань меня этим попрекать.
Джоуи вздрогнул, как от пощечины.
— Ты единственная на свете знаешь меня по-настоящему и должна понимать, что я бы в жизни так не поступил, — отчеканил он, задетый моими словами. — В тот вечер я заслужил наказание. Заслужил все твои претензии и даже больше.
— Знаю, что не поступил бы, Джо. — Я провела ладонью по лбу, совершенно раздавленная натиском эмоций. — Знаю.
— Я ни в чем тебя не упрекаю, — продолжал Джоуи. — Ты спросила почему, и я ответил.
— А я тебя не бросала и не брошу, — проникновенно заговорила я. — Твой отец совершил чудовищный поступок, но к тебе он не имеет ни малейшего отношения. Между нами все по-прежнему, ясно тебе?
— Я не знал. — Сглотнув, еле слышно отозвался он. — Думал, все кончено.
— Ну сейчас-то ты знаешь, — напирала я. — Поэтому смело можешь завязать. Слышишь? Ты должен взять себя в руки и снова начать бороться.
— Я же сказал, все под контролем.
— Нет, Джо, так не пойдет, — вырвалось у меня. — Мне нужны не твои обещания, а полный отказ от наркотиков.
— Откажусь, не сомневайся.
— Мне нужно сейчас.
— Сейчас не обещаю.
Меня захлестнула паника.
— Почему?
— Потому что не хочу тебе врать. Просто поверь, все будет по-другому.
— Нет. — Я замотала головой; сердце обливалось кровью. — Нет, Джо.
— Моллой. — Джоуи поник, ссутулился и обреченно вздохнул. — Я такой, какой есть.
Ну вот опять.
Эта чудовищная фраза.
Я такой, какой есть.
Четыре самых ненавистных для меня слова.
— Да, и ты гораздо лучше чувака, который стоит передо мной и придумывает оправдания тому, что его заведомо погубит! — выпалила я и, подбоченившись, свирепо уставилась на него. — Сам по себе ты гораздо лучше, Джоуи Линч.
— Наверное, я себя переоценил.
— Ничего подобного, — прохрипела я, чувствуя, как горло сжимается от паники и обиды. — Ты слишком хорош для того образа жизни, который себе наметил, а Шейн Холланд тебе и вовсе в подметки не годится.
— Холланд здесь совершенно ни при чем.
— Очень даже при чем!
— Какого хрена ты лезешь?!
Оцепенев, я наблюдала, как Джоуи глубоко вдохнул в попытке успокоиться, провел по волосам и заговорил относительно нормальным тоном.
— Слушай, я не хочу ссориться. — Он шагнул ко мне, взял за плечи и посмотрел прямо в глаза. — Не хочу причинять тебе боль.
— Не хотел, но причинил, — дрожащим голосом возразила я. — Мне больно, Джо.
Его лицо исказила страдальческая гримаса.
— Прости.
— Но?.. — выдавила я.
— Просто... — Тряхнув головой, он потер подбородок и шумно выдохнул. — У меня сейчас в башке творится черт-те что, и мне нужно разобраться с этим по-своему.
— Употребляя наркотики? Разрушая себя? — бесстрастно перечислила я.
— Нет, все не так.
— Да, Джоуи, именно так. — На глаза у меня навернулись слезы. — А мне предлагается смотреть на твои «увлечения» сквозь пальцы... — Голос у меня сорвался, и я остановилась перевести дух. — Мы уже пробовали, в итоге ты чуть не погиб, а я чуть не лишилась рассудка. И сейчас ты снова просишь меня об этом. Нет, Джоуи, нет. Я больше не могу видеть, как ты себя разрушаешь. Не могу снова тебя потерять.
— Моллой, ты все неправильно поняла. Никто никого не потеряет. Я люблю тебя. И никуда от тебя не денусь. — Джоуи погладил мои плечи, и сердце дрогнуло от его нежных касаний, которые резко контрастировали с безжалостными, колючими словами. — Я только прошу... не сердись, пока я разгребаю свое дерьмо единственным известным мне способом.
— Тебе известны и другие способы, — с горечью напомнила я. — Более эффективные.
Где не нужно играть со смертью и страдать.