— Прости, Джо. — Всплеснув руками, Моллой развернулась и бросилась прочь. — Умоляю, не злись.
Мне следовало побежать за ней, однако ноги не слушались.
Сделав пару шагов, я плюхнулся на задницу — совершенно обалдевший, пришибленный.
Беременна.
Ифа беременна.
Она ждет ребенка.
Моего ребенка.
Вставай и позаботься о ней.
Хватит думать только о себе, долбаный нытик.
И не прикидывайся, что тебе плевать.
Ребенок твой, и он тебе дорог.
Ифа — твоя девушка, и она тебе дорога.
Они — часть тебя, и ты дорожишь ими обоими.
58
ПАРШИВАЯ ОВЦА В СЕМЬЕ
ИФА
В четверг днем я распахнула входную дверь и с воплем «Мама!» влетела в дом. Не понимаю, как мне удалось ни в кого не врезаться по дороге из школы. Наверное, спасло желание поскорее очутиться в безопасности. Рядом с мамой.
— Мам!
— Ифа? — На пороге кухни возникла перепуганная мама с полотенцем в руках. — Что стряслось?
— Мам! — Я бросилась к ней. — Он соврал.
— Кто? — Мама подхватила мое обмякшее тело на руки. — Ифа, что произошло? Кто соврал, ягодка?
— Кев! — Обливаясь слезами и соплями, я вцепилась в нее мертвой хваткой и обняла за шею. — Он разболтал Полу. И всей школе.
— Что-что?
— Джоуи в курсе, ему объявили прямо на уроке. — Сотрясаясь от рыданий, я крепче стиснула маму в объятиях. — Мне не дали возможности самой во всем признаться!
— О господи. И как он отреагировал?
— А ты как думаешь? — воскликнула я. — Ужасно. Разозлился, что я столько времени молчала.
— Ох, Ифа.
— Он этого не заслужил, — всхлипывала я. — Не заслужил узнать о моей беременности при всех. — Я содрогнулась, вспомнив отвратительную сцену в классе. — Это был кошмар.
— Да уж, представляю.
Стукнула входная дверь, и в коридоре нарисовался раскрасневшийся смущенный Кев.
— Ифа. — Примирительно подняв руки, он с опаской приблизился ко мне. — Прежде чем орать, знай, я понятия не имел, что Пол собирается...
— Ах ты скотина! — Не дав брату договорить, я вцепилась ему в физиономию — настолько меня переполняло неведомое прежде отчаяние. — Как ты мог так со мной поступить?
— Сама виновата! — рявкнул Кев и, ухватив меня за запястья, прижал мои руки к бокам. — Хватит размахивать своими чертовыми граблями, Ифа!
— Ненавижу тебя! — Я высвободилась и толкнула его в грудь. — Слышишь? Я тебя ненавижу, Кевин.
— Прикинь, я тоже не питаю к тебе особой любви.
— Перестаньте оба! — рявкнула мама, вклинившись между нами. — Кому сказано.
— Она первая начала распускать руки.
— Правильно, потому что ты растрепал о моей беременности всей школе.
— Не всей, а только самым близким друзьям.
— С каких пор мой бывший числится у тебя в близких друзьях?
— С давних! — завопил Кев.
— Бред, — фыркнула я. — Пол любезничал с тобой только из-за меня.
— Самой не смешно?
— Над правдой не смеются.
— Тебя мои друзья не касаются ни с какой стороны, — процедил Кев. — Удосужься ты вытащить голову из задницы, давно бы поняла, что мы с Райси дружим с самого начала средней школы, а за последний год особенно сблизились.
— Интересно почему? — Я закатила глаза. — Господи, какой же ты идиот!
— На тебе свет клином не сошелся, Ифа! — огрызнулся Кев. — Пол всегда уделяет мне время, в отличие от твоего нынешнего придурка, который меня в упор не видит.
— Не видит, ну надо же! — передразнила я. — А кто здоровается с ним сквозь зубы? Стоит ему зайти, и ты самым мерзким образом начинаешь гнуть пальцы. Ты советуешь мне вытащить голову из задницы, а сам вечно задираешь нос, воображая себя лучше других!
— Ну его-то я однозначно лучше.
— Потому что ты отличник, а он нет? Потому что ты поступишь в университет, а он нет? Потому что у тебя есть возможность получать знания, а он вынужден пахать с двенадцати лет? Поэтому ты лучше?
— Ты хоть поняла, что пыталась меня оскорбить, а по факту тупо перечислила мои достоинства?
Тьфу!
— Кевин, Ифа, — попыталась утихомирить нас мама. — Давайте все успокоимся.
— Ты, наверное, удивишься, скотина, но мир не ограничивается школой, за ее пределами всем плевать, сколько баллов ты набрал на экзаменах и какого цвета твой аттестат, — не унималась я вопреки маминой просьбе. — Если будешь и дальше корчить из себя святошу, ты и недели не протянешь в реальном мире. Можешь сколько угодно воображать себя самым-самым, но на деле ты Джоуи в подметки не годишься! — выпалила я. — Ты избалованный, капризный мальчик, а Джоуи — настоящий мужчина. Тебе никогда не дорасти до его уровня, хоть ты тресни!