— В тюрьму я не сяду, — ответил он таким уверенным тоном, что мне это не понравилось. — А вот ты отправишься прямиком в ад, если не похлопочешь за меня.
— Тогда до встречи в аду, — бросил я.
Этому утырку меня не прогнуть, пусть подавится своими угрозами.
Парадокс, но его издевки меня не трогали. Мать могла плюнуть мне в душу, но только не отец. Жутким образом это даже успокаивало. Понимаю, звучит дико, но именно такие меня обуревали чувства — в те редкие мгновения, когда я отпускал вожжи и позволял себе чувствовать.
Его жестокость воспринималась как нечто естественное. Привычное. С побоями я мог справиться, потому что знал, чего ожидать. Зато матери всякий раз удавалось застать меня врасплох.
Блин, реально нужно лечить башку. Под пристальным взглядом отца внутри все цепенело. Холодные, мертвые глаза смотрели в упор. Меня трясло, по спине струился холодный пот.
— Считаешь себя до фига умным? — сказал он, угрожающе надвигаясь на меня. — Считаешь, ты лучше меня, пацан? А зря. Как только твоя красотка разродится, ты поймешь. Поймешь, каково это — оказаться в ловушке.
— Не смей даже заикаться о ней, — ощетинился я. — Ясно тебе?!
— Ты поймешь, каково это, — глумился отец, придвигаясь ближе. — Поймешь, каково это — быть мной.
— Я никогда не стану тобой! — рявкнул я и попятился. — Проще сразу вскрыть себе вены.
— Да ты уже вылитый я! — брызгая слюной, заорал отец. — И всегда им был. Посмотри на себя. — Он шагнул ко мне вплотную и сжал мясистой ладонью плечо. — Ты не можешь оставить ее в покое, как я когда-то не оставлял твою мать. Какие еще нужны доказательства?
В моих жилах застыла кровь. Его слова потрясли меня до глубины души. Отец озвучил худшие мои страхи. Точнее, он сказал чистую правду. Правду, как она есть. Я действительно не мог оставить Моллой в покое.
Сходство было очевидным, мозги закипели.
— Не надо стричь всех под одну гребенку. — Я напряженно отшатнулся, продолжая мысленно сравнивать нас. — Я никогда не поступлю с ней так, как ты поступал с мамой.
— Я тоже так думал. Думал, что, в отличие от своего папаши, никогда не подниму руку на жену. Хочешь верь, хочешь нет, но она — любовь всей моей жизни. Я ведь обожал ее, восхищался ею. И зарекался повторять ошибки отца. — Он мрачно хохотнул. — И посмотри, в кого я превратился, пацан.
— Мама была беззащитной маленькой девочкой, и ты этим воспользовался, — выдавил, дрожа с головы до ног. — Гребаный ублюдок!
— Думаешь, я таким родился? — Папаша приложился к бутылке. — Нет, таким меня сделало воспитание. Тебе этого тоже не избежать.
— Я не ты, — отчеканил я. — И никогда тобой не стану.
— От тебя тут ничего не зависит, Джоуи. — Для пущего эффекта отец назвал меня по имени, и это сработало. Меня как молнией ударило. — Против природы не попрешь, пацан. — Он снова отхлебнул виски. — Если не хочешь повторения истории, забудь про нее и ребенка. Только мы оба знаем, что это у тебя не получится. — Отец сокрушенно покачал головой и добавил: — Видит бог, у меня не получилось.
104
ЗАТАИВ ДЫХАНИЕ
ИФА
Когда прошло двадцать минут, а Джоуи так и не появился, я не слишком испугалась. В конце концов, он не супермен, да и презумпцию невиновности никто не отменял. Конечно, бегает он быстро, вот только летать пока не научился. Но когда двадцать минут переросли в тридцать, сорок, пятьдесят, я заметалась по комнате, точно лев в клетке.
Дозвониться до него не удалось — сразу включалась голосовая почта.
Прошел час. Второй.
Случилась беда.
Я нутром чуяла.
В лихорадочных тщетных попытках разыскать своего бойфренда я бомбардировала его сестру эсэмэсками, надеялась, что он вышел на связь с кем-нибудь из родных. И с каждой секундой все больше впадала в панику.
Черт, я знала Джоуи как свои пять пальцев. Несмотря на дикое пристрастие к наркотикам, он бы не стал звонить и говорить, что скоро приедет, если бы действительно ко мне не собирался. Хотел бы обдолбаться, обдолбался бы, а после объявился как ни в чем не бывало. Джоуи из тех, кто просит прощения, а не разрешения. За все время он кинул меня единственный раз — когда его отец избил Тайга. Раз ситуация повторилась, значит случилась беда.
Затаив дыхание, я схватила мобильник и набрала очередное истеричное сообщение Шаннон.
Ифа: Есть новости?
Шаннон: Пока никаких. Мама внизу с Дарреном. Ругаются из-за Джо.