— Это моя миссия, забыл? — пошутила я сквозь слезы. — Мне предназначено спасать шестого.
— А вдруг у меня не получится? — прохрипел он, цепляясь за меня, как за соломинку. — Вдруг это моя истинная натура?
— От меня ты все равно не отделаешься. Я люблю тебя, жеребец. Во всех состояниях и проявлениях.
— Я их подвел.
— Кого?
— Ребят. — Джоуи содрогнулся. — Шаннон.
— Нет, малыш, никого ты не подводил.
— Они меня ненавидят.
— Тебя просто нельзя ненавидеть. — Я смахнула с его ресниц слезинку. — Если бы ты только понял, как им дорог, как сильно они тебя любят, боготворят. Взгляни ты на себя хоть раз их глазами... — Я судорожно вздохнула. — Ты столько значишь для многих.
— Ну? — с надеждой спросила Эдель, едва я переступила порог кухни. — Есть успехи?
Я выразительно кивнула на пустую тарелку и стакан.
— Пришлось повозиться, но победа, как обычно, осталась за мной.
— Слава богу. — Эдель обмякла и с облегчением прижала к груди ладонь. — Хоть поел, а то с понедельника у него не было во рту ни крошки.
— Путь к сердцу Джоуи лежит через бутерброды с ветчиной и колу, — сообщила я, ставя грязную посуду в раковину.
— Приму к сведению. Он что-нибудь сказал?
— Да. Просит, чтобы на похоронах включили песню «Lightning Crashes», — ответила я, припомнив его душераздирающее бормотание. — Больше ничего. Хотя нет. С вас песня и обещание, что Мэри не ляжет в одну могилу с Тедди.
— Есть еще какие-нибудь пожелания, Ифа, милая? — спросила она с усталым вздохом.
— Да. Пожалуйста, не ставьте на нем крест, — закусив предательски подрагивающую губу, обратилась я к ней. — Знаю, характер у него не сахар, временами Джоуи — самая настоящая головная боль, и все равно не отворачивайтесь от него. Ни при каких обстоятельствах. Отвернетесь один-единственный раз, и обратной дороги не будет. — Привалившись к мойке, я красноречиво щелкнула пальцами. — Джоуи не простит предательства. Слабый проблеск надежды? Тоненький мостик, переброшенный к вам с Джоном? Он обрубит все концы, если вы обманете его ожидания, и впредь не подпустит вас даже на пушечный выстрел.
Помолчав, я достала из кармана спортивных штанов письмо и протянула Эдель.
— Он писал это мне, но, думаю, вам тоже стоит прочесть.
В гробовой тишине Эдель читала прощальное послание моего парня. С каждой строкой ее руки дрожали все сильнее.
— Прочтите последний абзац, — посоветовала я, когда женщина охнула и зажмурилась. — Абзац, в котором он доверяет своих детей вам с Джоном.
— Бедный мальчик.
— Да, Олли, Шан, Тайг и Шон его дети, — собрав волю в кулак, продолжила я. — Вы с мужем сумели подобрать к нему ключик, хотя вряд ли осознаете, какое это огромное достижение. Джоуи собирался покончить с собой, но самое паршивое — вся его жизнь свелась к непрекращающейся борьбе. Он страшно устал, вымотался, но никогда бы не пошел на самоубийство, предварительно не позаботившись о детях. И он позаботился. Спустя столько лет Джоуи нашел для своих ребятишек дом и людей, которым можно доверять. Узнай вы его поближе, поняли бы, какие у него проблемы с доверием. Многие годы он существовал в кромешном аду, и раз уж изложил все на бумаге, приготовился выступить против родной матери и брата, только бы его детишки оказались в безопасности... Поверьте, такой комплимент в ваш с Джоном адрес дорогого стоит.
— Ох, Ифа, милая...
— Но он не успокоится, — предупредила я, смахнув со щеки слезинку. — Будет из кожи вон лезть, чтобы доказать свою правоту и подловить вас.
Вздрогнув, я со вздохом коснулась своего выпуклого живота.
— Он вступит с вами в схватку, потому что привык воевать со взрослыми. Будет придираться к мелочам: от программ, которые вы включаете детям, до еды, которой их кормите. Он станет следить за вами, как ястреб, доведет до паранойи. Ничего личного, не думайте. Главное, уясните, ребята — его детеныши. А он — не в меру бдительная медведица. Для него огромная жертва — поручить вам детей, потому что вы женщина, а женщины всегда его подводили. Джоуи не перевоспитать, в отличие от Олли, Тайга и Шона. Ему не наложить гипс, не излечить оставленные шрамы. Он не Шаннон, способная простить всех и вся, не дипломат, как Даррен. Джоуи не любит перемен. Он закрытая книга. Его травмы гораздо серьезнее, чем кто-либо может представить. Но вы? — Я взглянула на Эдель в упор. — Вы чем-то его тронули, раз он доверяет вам детей. И это огромное достижение.
— Я не подведу этих ребят, — срывающимся от волнения голосом заверила она. — И не подведу Джоуи.