— Надеюсь, — в тон ей ответила я. — Если он поправится, обещаю, вы увидите настоящего Джоуи и влюбитесь в него без памяти, клянусь.
— Уже влюбились, милая, — ласково улыбнулась Эдель. — Уже.
114
СЛОВНО ПЕТЛЯ ЗАТЯНУЛАСЬ НА СЕРДЦЕ
ИФА
Безжалостное солнце палило вовсю, жара стояла адская, и мой скромный макияж стекал по лицу. В Баллилагин пришло лето, принеся с собой зеленую листву, свежескошенный силос и горько-сладкие прощания.
Не замечая никого, кроме блондина в костюме, я не сводила глаз с его спины, пока он стоял у могилы матери. Меня переполняло желание защитить парня, которому выпало так рано повзрослеть. Порыв был таким сильным, что мог соперничать лишь с тем, что я испытывала к ребенку в своем чреве.
Его ребенку.
Я не отходила от Джоуи ни на секунду и только сегодня, стиснув зубы, отправилась домой переодеться. Даже душ принимала в доме семьи Кавана, в смежной с комнатой Джоуи ванной. По-другому его было туда не затащить. Я поддерживала его, мыла, наслаждалась последними минутами близости.
Дизайнерский костюм шел ему необычайно. Да, одевала его тоже я еще перед уходом.
Наедине со своими мыслями и болью Джоуи застыл у могилы. Его маму давно опустили в землю, ребятишки разбрелись, а он все стоял на страже, продолжая защищать ее даже после смерти.
Зрелище ранило до глубины души, потому что я знала: мать покалечила Джоуи гораздо сильнее, чем мерзавец-отец. В сердце моего парня зияла дыра размером с Мэри Линч, и ее было не залечить никакой любовью.
Видит бог, я пыталась.
Она не заслуживала его безграничной любви, ведь сама никогда не давала сыну той любви, что заслуживал он. Не давала, но всегда получала. Не знаю, может, во мне говорили гормоны, но я ненавидела Мэри Линч. Никакая, даже самая чудовищная смерть не замолит ее грехи, совершенные против собственных детей еще при жизни.
Грехи, почти лишившие ее второго сына шанса на спасение.
Джоуи жаждал ее любви, и ничего более.
Но она отказывалась его полюбить.
Глубоко соболезнуя страшной утрате, я огляделась. У других Линчей все в конце концов будет хорошо. Даррен вернется в Белфаст, к налаженной жизни, а Эдель и Джон позаботятся о Шаннон и мальчиках. Конечно, будет непросто, слишком много бед выпало на их долю, но рано или поздно они освоятся.
В кои-то веки они вытянули счастливый билет.
Стараниями моего Джоуи.
Который вот-вот покинет семью.
Покинет Баллилагин.
И меня.
Его устроили в реабилитационный центр на другом конце страны. Осознав, насколько далеко зашла его зависимость, Эдель с Джоном вызвались оплатить все расходы, а Джоуи в редкий момент просветления подписал необходимые бумаги.
Сразу после похорон матери он уедет.
На все лето.
А может, навсегда.
Черт.
Ифа, не накручивай себя.
Вчера вечером он засомневался в правильности принятого решения, но я скрепя сердце сумела его переубедить, хотя сердце обливалось кровью.
Он должен ехать.
А я должна его отпустить.
Обреченно вздохнув, я сжала в кулаке алую розу и направилась к Джоуи, не обращая внимания на любопытные взгляды и шепотки за спиной.
Кое-кто был в курсе.
Но большинство нет.
Честно говоря, плевать, что там кто подумает. Пусть сколько влезет гадают, почему я так поправилась, что заметно даже в черном платье.
В задницу всех.
Не останавливаясь, пока не встала плечом к плечу с единственным парнем, которого когда-либо любила, я устремила взгляд на свежевырытую могилу, бросила в нее единственную розу и, собравшись с духом, повернулась к нему.
Спокойно, Ифа.
Не вздумай его спугнуть.
Не пори горячку.
При виде его красивого осунувшегося лица у меня перехватило дыхание, однако отчаяние удалось скрыть за маской непоколебимой решимости.
В этом особенность Джоуи Линча: ему нельзя показывать слабость.
Она его разрушает
Он столько лет оберегал близких, защищал тех, кто слабее его, и в итоге растратил всего себя.
Ему необходим сильный партнер.
Тот, кто способен сам о себе позаботиться.
Тот, с кем не придется нянчиться.
Встречайте Ифу.
— Я же сказал: не приходи.
Никаких тебе «привет, Ифа», ничего.
Только убийственная прямота.
Он хотел попрощаться еще утром.
Но я не могла не прийти.
Ради того, чтобы побыть с ним лишнюю минуту.
Совладав с эмоциями, я спрятала сомнения за наигранной отвагой и вздернула бровь.