Нет.
Нет.
Господи, только не это!
Кое-как поднявшись, я взлетела по лестнице. Сердце загнанно колотилось, страх подкрадывался со всех сторон.
Джоуи спал на спине, закрыв лицо рукой. Я порывисто вздохнула и аккуратно прикрыла дверь спальни.
Потом трясущимися пальцами стянула худи, скинула треники, швырнула их в дальний угол — туда, откуда взяла, — и тихонько опустилась на краешек матраса.
Обхватив голову руками и уперев локти в бедра, я задышала медленно и глубоко в попытке унять тревогу.
Рано паниковать.
Пакетик явно нетронутый.
Джоуи не употребляет.
Он по-прежнему борется.
Не накручивай себя.
Вы вместе круглые сутки.
Наверняка всему этому есть разумное объяснение.
Наверняка...
Джоуи застонал во сне, перекатился на бок и пошарил по простыне:
— Моллой.
Вздрогнув, я позволила заключить себя в объятия и поцеловать в висок.
— Да?
— Не убегай, — сонно забормотал он, прижимая меня к себе. — Останься, малыш.
— Конечно останусь, Джо, — шепнула я, цепляясь за его руку как за спасательный круг. — Главное, ты не пропади.
39
ШИКАРНЫЕ ШЕСТНАДЦАТЬ
ДЖОУИ
Наутро, в начале одиннадцатого, когда наконец удалось продрать глаза, меня ждала холодная постель и полное отсутствие мелких.
Прояснила все записка на тумбочке, нацарапанная знакомым почерком Моллой.
Привет, жеребец.
Если тебе вдруг интересно, почему я пишу от руки, а не набираю сообщение, — просто у меня нулевой баланс. И не удивляйся, почему весь дом пропах хлоркой, а твои деньги разложены по симпатичным конвертам и распределены на неделю, — просто я на ногах с четырех утра. Надеюсь, ты не возражаешь.
Короче, Шон проснулся и пришел к тебе около шести, но ты в кои-то веки так сладко спал, поэтому я решила выгулять мальчишек и дать тебе поваляться.
Мы прошвырнулись по магазинам и затарились продуктами. Все лежит в шкафчиках.
А сейчас собираемся в спорткомплекс. Тайг хочет показать мне свои «чумовые навыки», а Олли планирует завернуть на детскую площадку.
Приведу их обратно примерно к часу, перед сменой в пабе.
Не забудь вручить Шаннон подарок. И обними нашу шикарную именинницу за меня.
Знаю, у тебя куча дел, но постарайся выбраться ко мне сегодня вечером, когда уложишь ребятишек. Мне очень нужно с тобой поговорить.
Люблю тебя,
Ифа. х
P. S. Джо, даже не пытайся меня остановить.
Дом сиял чистотой, холодильник был забит под завязку, полки ломились от продуктов, и меня невольно замутило.
Какими бы благими намерениями ни руководствовалась моя девушка, кормить мелких и заботиться о них — не ее обязанность, а моя. И взваливать свои заботы на чужие плечи я не собирался.
Но особенно меня напрягал ее энтузиазм.
Любая другая бросилась бы наутек, ощутив весь вес моего прицепа.
Любая, но не Моллой.
Она, напротив, кинулась разгребать мое дерьмо: накупила продуктов, распределила бюджет. А потом упаковала вышеупомянутый прицеп в куртки и повела на детскую площадку. Мало того, она оставила свою тачку и двадцать евро из своего кошелька, чтобы мы с Шаннон отметили день рождения сестры где-нибудь за завтраком. Я не понимал ее поступков, а уж их причин — тем более.
Вопреки ожиданиям, Шаннон прибабахнутое поведение моей девушки ничуть не удивляло. Наоборот, сестра откровенно веселилась, наблюдая за моими метаниями. Похоже, ее дико забавляло, что я угодил под каблук к девушке, чьи яйца на порядок больше моих. Нащупав мое больное место, Шаннон принялась не по-детски глумиться, рассуждала про обручальные кольца и прочую туфту. Очевидно, Моллой обзавелась в ее лице ярой фанаткой.
Впрочем, ее ухмылка испарилась после звонка Гибси, из-за которого нам пришлось мчаться домой к ее воздыхателю, чтобы вернуть телефон, который тот забыл в машине.
Да, на подъезде к особняку настроение у Шаннон кардинально поменялось, поэтому настал мой черед подкалывать. Несмотря на все мои старания, сестра наотрез отказалась выходить из машины, и в конце концов мне надоело ее уговаривать.
Шагнув в просторный, размером со взлетную полосу вестибюль, я двинулся на шум голосов и обнаружил обоих чуваков на кухне — изрядно помятых и с бодунища.